ОЭЗ

Болезни роста: об особых экономических зонах

Дата Сен 20, 16 • Нет комментариев

Государство собирается закрыть неэффективные ОЭЗ и ужесточить правила игры для остающихся. Удастся ли сохранить сам институт особых экономических зон или меры по их...
Pin It

Главная » Журнал «Управление Бизнесом» №30, Экономика » Болезни роста: об особых экономических зонах

Государство собирается закрыть неэффективные ОЭЗ и ужесточить правила игры для остающихся. Удастся ли сохранить сам институт особых экономических зон или меры по их реанимации не дадут результата?

Особые экономические зоны (ОЭЗ) создавались в России с благими намерениями. Они были призваны стать точками роста региональной экономики, однако далеко не все территории оказались успешными. Термином ОЭЗ принято называть ограниченную территорию в регионах страны, обладающую особым юридическим статусом. Как правило, для национальных или иностранных предпринимателей здесь на определенное время создаются льготные экономические условия, позволяющие успешно развивать бизнес. Главная цель создания таких зон – решение стратегических задач развития государства в целом или отдельной его территории.

В России системное развитие особых экономических зон началось в 2005 году с принятием профильного закона. Территория создается на 49 лет, продлить этот срок по закону нельзя. После того как был принят закон об ОЭЗ, в стране сначала появились промышленно-производственные и технико-внедренческие зоны, позже открылись туристско-рекреационные и портовые. Всего, по данным на 1 января 2016 года, в России действовали 33 особые экономические зоны: 9 промышленно-производственных, 6 технико-внедренческих, 3 портовые и 15 туристско-рекреационных (в том числе туристический кластер в Северо-Кавказском федеральном округе, состоящий из 9 ОЭЗ).

За прошедшие годы ОЭЗ развивались ни шатко ни валко. Государство исправно выделяло средства на строительство инфраструктуры для резидентов территорий с особым статусом и ждало определенной отдачи. Однако влияние большинства зон на региональные экономики, и в частности на рынок труда, оказалось минимальным. Буря разгорелась в этом году, когда до ОЭЗ добралась Счетная палата РФ. Результаты проверки, проведенной главными счетоводами страны, оказались удручающими. Вот лишь некоторые цифры, которые заставляют усомниться в эффективности данного института. Общая стоимость строительства объектов инфраструктуры особых экономических зон оценивается в 334,2 млрд рублей, в том числе за счет средств федерального бюджета – 224,5 млрд рублей, бюджетов регионов – 109,7 млрд рублей. С 2006 по 2015 год общая сумма федеральных бюджетных средств, выделенных на создание и развитие ОЭЗ, составила 121,9 млрд рублей, средств регионов – 64 млрд рублей. А в 2016 году на эти же цели предусмотрено в федеральном бюджете еще 5,9 млрд рублей.

– Процесс создания и управления ОЭЗ характеризуется формализмом, безответственностью и безнаказанностью, отсутствием исполнительной дисциплины и спроса за принятые решения и их последствия. Реальный экономический эффект от особых экономических зон не достигнут, – говорит аудитор Счетной палаты РФ Сергей Агапцов.

О низкой эффективности работы экономических зон по итогам проверки заявила и председатель Счетной палаты Татьяна Голикова.

– Самое неприятное, на мой взгляд, из показателей даже не использование денег. На территории ОЭЗ за 10 лет создано 18 177 рабочих мест. Давайте соотнесем 121,9 млрд рублей, которые вложили из федерального бюджета, а вместе с субъектами это 185,9 млрд, и 18 177 рабочих мест: разделите, сколько стоит одно рабочее место за 10 лет? О какой эффективности здесь можно говорить? – уточняет Татьяна Голикова.

Отличительное свойство ОЭЗ в том, что отдача здесь, как правило, не наступает быстро, и с этим необходимо смириться

Проверка ОЭЗ выявила целый клубок проблем. Ситуация в целом выглядела следующим образом. Регионы, пользуясь тем, что ответственность по выполнению финансовых обязательств при создании ОЭЗ не предусмотрена, задерживали оплату работ по формированию инфраструктуры. Так, по состоянию на 1 января 2016 года обязательства региональных бюджетов не выполнены на 41,7%, или более чем на 45 млрд рублей. Из-за подобной медлительности стоимость работ вырастала. Потенциальные инвесторы не спешили становиться резидентами ОЭЗ и строить производства «в чистом поле» без коммуникаций.

В то же время управляющие компании активно вели финансовую деятельность по размещению временно свободных денежных средств и в период с 2006 по 2015 год получили совокупный процентный доход в сумме 29,3 млрд рублей.

– При этом финансовые операции носили высокорискованный характер, – подчеркивают в Счетной палате.

Впрочем, финансовые операции никак не сказались на благополучии территорий.

– Проверка показала, что финансовое положение ряда управляющих компаний на протяжении последних лет ухудшается, растут расходы на содержание построенных объектов, при этом источник финансирования не определен, – делают вывод аудиторы. Объем выручки резидентов ОЭЗ от продажи товаров, работ, услуг крайне низок и составляет лишь 0,2% от объема валового регионального продукта по 20 регионам, в которых находились действующие особые экономические зоны.

По словам шеф-аналитика ГК TeleTrade Петра Пушкарева, причины неудач многих ОЭЗ стали уже привычными для истории страны.

– Где-то многолетние затяжки с подводом коммуникаций, строительством необходимых объектов в рекреационных и туристических зонах – «черные дыры», в которых пропадают и деньги, и время. Неподъемные сроки согласования бизнес-проектов, по которым предприниматель может получить «добро» на то, чтобы его проект стал частью ОЭЗ, и впоследствии получать налоговые и другие преференции. Во многих ОЭЗ понятные проблемы с привлечением инвестиций в регионы – условия такие, что бизнес туда либо не идет, либо плохо знает о возможностях. Где-то в сервисных и туристических зонах ждут якорного инвестора вместо того, чтобы облегчить вход мелкому бизнесу, – объясняет Петр Пушкарев.

ЛекарстваЕсть, наверное, и изначально плохо просчитанные зоны, где переоценили возможности окупить сделанные вложения.

– Создать быстро благоприятную бизнес-среду не получается, при этом еще растут затраты на весь координирующий управленческий аппарат, задействованный в этих вопросах на территориальных уровнях. Зон много, затрат много, отдачи не так много, как на это рассчитывали, и как итог – многие из ОЭЗ в течение нескольких лет не имеют перспективы выйти из убытков, – предполагает Петр Пушкарев.

Впрочем, скромные успехи у института ОЭЗ все-таки имеются. Некоторые территории добились определенного успеха, причем любопытно, что находятся они в тех регионах, где есть серьезные экономические успехи. Так, например, на долю ОЭЗ «Алабуга», расположенной в Татарстане, приходится 66% выручки всех зон страны. В этой ОЭЗ зарегистрированы 48 компаний-резидентов, действуют 22 завода. Создано более 5000 рабочих мест. В 2015 году ОЭЗ «Алабуга» признана лучше экономической зоной в Европе для крупных проектов, по версии журнала fDi (группа Financial Times).

Еще один положительный пример – ОЭЗ «Липецк». В создание этой зоны вложено 8 млрд рублей, а привлечено более 30 млрд рублей инвестиций. С каждым годом площадка наращивает объемы. Растет количество рабочих мест, размер отчислений в бюджеты разных уровней.

Не числится среди отстающих и ОЭЗ в Санкт-Петербурге. Особая экономическая зона работает с 2006 года, имеет две площадки – «Нойдорф» и «Новоорловская». Количество резидентов на данный момент достигло 40 компаний с общим заявленным объемом инвестиций в проекты более 35 млрд рублей. Почти половина из этой суммы, 16,7 млрд рублей, резидентами уже проинвестирована в проекты на территории ОЭЗ. Совокупная выручка резидентов за 10 лет составила более 13,6 млрд рублей, из которых 6,1 млрд рублей – за 2015 год. Объем налоговых отчислений резидентов достиг более 5 млрд рублей, около 2 млрд рублей из которых уплачено резидентами в городскую казну только за прошлый год.

– На данный момент мы активно заполняем площади введенного на площадке «Новоорловская» в апреле в эксплуатацию Центра трансфера технологий арендаторами. И пересматриваем концепцию развития инфраструктуры ОЭЗ в направлении строительства коммерческих площадей для сдачи в аренду в связи с ощутимым спросом со стороны резидентов, – говорит советник генерального директора АО «Особые экономические зоны» Фарид Вердиев.

Между тем большинство ОЭЗ в стране остаются неэффективными, а разгромный документ, подготовленный Счетной палатой, похоже, стал стимулом для властей навести порядок в этой области. Правительство России в июле этого года определило правила и критерии, по которым неэффективные особые экономические зоны будут прекращать свое действие. Главным новшеством документа «О порядке оценки эффективности функционирования особых экономических зон» стали соотношение привлеченных инвестиций и затрат бюджета. Также при расчете эффективности ОЭЗ Минэкономики будет учитывать используемую полезную площадь и показатели мощности объектов инфраструктуры. Минэкономики до 1 ноября доложит в правительство о неэффективных зонах, которые должны будут прекратить работу досрочно. Еще одно новшество – часть полномочий по оперативному управлению ОЭЗ будет передана регионам, что повысит скорость принятия решений и ответственность региональных властей за развитие территорий.

Общая стоимость строительства объектов инфраструктуры особых экономических зон оценивается в 334,2 млрд рублей

Что касается закрытия неэффективных территорий, то здесь важно будет проследить, чтобы инфраструктура построенных объектов не была продана за бесценок. Эту нелегкую задачу готовы взвалить на свои плечи активисты Общероссийского народного фронта, по инициативе которых и была проведена проверка Счетной палаты РФ.

– Собираются закрыть 10 зон. А что значит «закрыть»? Ведь когда мы говорили, что особые экономические зоны неэффективны, мы имели в виду, что в них вкладывают средства, частично построена инфраструктура, но не проведена работа по привлечению инвестора и вся эта миллиардная инфраструктура, построенная за бюджетные деньги, простаивает. Если те зоны, в которых за государственный счет построены миллиардные объекты, сегодня хотят закрыть и распродать за бесценок, то мы этого не допустим. Необходимо не просто закрыть неэффективные ОЭЗ, а принять решение, что с ними делать дальше. Мы возьмем на контроль ситуацию с закрытием зон, – обещает руководитель проекта ОНФ «За честные закупки» Анастасия Муталенко.

С неэффективными ОЭЗ почти все ясно, а вот будущее перспективных зон, судя по всему, зависит от качества управления территориями.

– В связи с ростом всех основных показателей вопрос о закрытии петербургской ОЭЗ на сегодняшний день не стоит. Перспективы ОЭЗ в Санкт-Петербурге связаны с передачей в ближайшее время управления зоной субъекту Федерации, повышением качества и объемов услуг, оказываемых управляющей компанией резидентам. Перспективы также связаны с запуском на полную мощность целого ряда предприятий резидентов на площадке «Новоорловская», в основном фармацевтической направленности, которые позволят значительно увеличить долю инновационной продукции, выпускаемой на территории Санкт-Петербурга, – объясняет Фарид Вердиев. По его словам, как таковых «проблем» в ОЭЗ «Санкт-Петербург» нет, но есть факторы, сдерживающие развитие площадок и приток инвесторов. Это, в частности, дефицит земельных участков в рамках существующей территории зоны на фоне высокого спроса на землю со стороны потенциальных инвесторов.

– Процесс присоединения дополнительного земельного участка к площадке «Новоорловская» идет, однако, не так скоро, как хотелось бы. Дальнейшее развитие зоны зависит в том числе и от завершения этого процесса, – подчеркивает Фарид Вердиев.

Петр Пушкарев видит альтернативу ОЭЗ в территориях опережающего развития (ТОР). Правда, в отличие от особых экономических зон ТОР действуют только на Дальнем Востоке, они развиваются под эгидой Минвостокразвития.

– На территориях опережающего развития задействованы кардинальные механизмы дерегулирования: мораторий на проверки резидентов, передача всех административных функций одному местному органу – управляющей компании. Здесь больше масштабы льгот, больше работы индивидуально с каждым инвестором. Лучше предварительно проверяется спрос на участие в проектах со стороны бизнеса. И количество ТОР меньше, соответственно, на них проще сосредоточить внимание, чем на изрядном количестве особых зон, – считает Петр Пушкарев.

Так или иначе, государство вряд ли полностью откажется от института ОЭЗ. Мировая практика говорит о том, что данные территории могут быть весьма успешными. Так, по данным Центра ООН по транснациональным корпорациям (UNCTC), рост особых зон становится одной из наиболее важных тенденций последних десятилетий. Они получают широкое распространение как в развитых, так и в развивающихся странах мира. С 1981 года число особых экономических зон выросло более чем в 10 раз, а их доля в мировой торговле к концу 1990-х годов составила около 15%, что подтверждает их положительную роль как важного института мировой экономики.

Отличительное свойство ОЭЗ в том, что отдача здесь, как правило, не наступает быстро, и с этим необходимо смириться. Об эффективности ОЭЗ можно говорить только по истечении 10–15 лет. Однако это не значит, что нужно сидеть сложа руки и ждать, что «невидимая рука рынка» все сделает сама. Государство должно контролировать эффективность управления ОЭЗ. Пусть эту функцию и передадут на уровень ниже – субъектам Федерации.

Также необходимо отказаться от практики массового учреждения подобных зон и сосредоточиться на поддержке наиболее успешных и перспективных территорий. Именно они и могут стать точками роста в стране, экономика которой переживает болезненную, но необходимую трансформацию, уходя от «сырьевой» модели.

Игорь Строев

В печатной версии название статьи — «Болезни роста» (журнал «Управление бизнесом», №30, сентябрь 2016 г.)

Похожие сообщения

Комментарии закрыты.

Наверх
X