Игорь Наркевич

Своя траектория: о кадровом вопросе для фармацевтической промышленности

Дата Апр 14, 16 • Нет комментариев

Игорь Наркевич: наша цель – подготовить выпускника не к конкретному производству, а дать ему перспективу выбор.  Неоднократно отмечалось, что нехватка...
Pin It

Главная » Журнал «Управление Бизнесом» №27, Наши спикеры » Своя траектория: о кадровом вопросе для фармацевтической промышленности

Игорь Наркевич: наша цель – подготовить выпускника не к конкретному производству, а дать ему перспективу выбор. 

Неоднократно отмечалось, что нехватка высококвалифицированного персонала для  промышленности ставит под угрозу выполнение программы «Фарма 2020». За последние годы
острота в обеспечении фармацевтической промышленности кадрами снизилась, утверждает
ректор Санкт-Петербургской государственной химико-фармацевтической академии (СПХФА) доктор фармацевтических наук Игорь Наркевич. Вместе с тем он обращает внимание на то, что образование – более широкое понятие, чем подготовка кадров.

– Не так давно в Санкт-Петербурге собирались руководители фармацевтических вузов и профильных факультетов других высших учебных заведений, чтобы решить проблему кадрового голода для отраслевой промышленности, пересмотреть программу обучения студентов. Нашли решение?

– За последние пять-шесть лет в этом направлении произошли существенные изменения в образовательной системе России, острота проблемы снизилась. Открываются фармацевтические факультеты в различных вузах страны, при подготовке целого ряда специалистов акцент стал смещаться в сторону разработки и производства лекарств. В Санкт-Петербургской государственной химико-фармацевтической академии (СПХФА) появились новые курсы с учетом потребностей отраслевых предприятий.

Игорь Наркевич

Игорь Наркевич
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Я хотел бы обратить внимание на то, что часто путают фармацевтическое образование и фармацевтическую промышленность, хотя медицинское образование и медицинскую промышленность не отождествляют. Промышленность нуждается в гораздо большем спектре специалистов, чем могут выпускать профильные вузы, – не только в провизорах и фармацевтах, инженерах-технологах, но и в специалистах в области автоматизированных систем управления, инженерах-механиках, инженерах-электриках, а также в ученых, которые занимаются разработкой новых составов, препаратов, поиском новых активных субстанций. В жизненном цикле создания нового препарата – от начала его разработки до выхода на рынок – участвует 800 различных специалистов. Перед нами стоят вопросы, кого готовить на перспективу, как повысить качество образования, но это будет актуальным всегда, поскольку образование должно опережать развитие отечественной промышленности.

В прошлом году академия вошла в состав кластера «Трансляционная медицина», его организатором и координатором является Северо-Западный федеральный медицинский исследовательский центр имени В. А. Алмазова. Туда же помимо нас вошли Политехнический университет, ИТМО, ЛЭТИ, Университет имени П. Ф. Лесгафта. Это подтверждает, что фармацевтика требует многосторонних знаний. Прорабатываем совместные научные проекты. Так, с ЛЭТИ разрабатываем образовательные программы по медицинскому товароведению, с учеными ИТМО обсуждаем вопросы применения компьютерного моделирования фармакологического действия лекарств. Совместно с лабораторией молекулярной биологии Политехнического университета разрабатываем препарат, обладающий нейропротекторным действием, со специалистами Центра Алмазова проводим фармакоэкономические исследования.

В рамках ФЦП «Фарма 2020» университетами – МГУ, СПбГУ, Первым медицинским, СПХФА и другими – разработаны образовательные программы подготовки специалистов по новым направлениям. Нам приятно, что разработанные нашими преподавателями образовательные программы востребованы в других вузах. В феврале мы передали магистерскую программу по фармацевтической технологии Казанскому федеральному университету – одному из старейших российских университетов, где преподавали Бутлеров, Арбузов, Лобачевский и многие другие выдающиеся ученые.

– Какие ближайшие перспективы просматриваются?

Мы внимательно прислушиваемся к пожеланиям бизнеса, но только при совместных усилиях наши выпускники будут быстро адаптироваться на предприятиях

– В этом году мы создали кафедру регуляторных отношений с целью развития системы профессиональных компетенций в области организации контроля качества при производстве лекарственных средств, проведения исследований нормативного правового регулирования Российской Федерации в сфере обращения лекарственных средств, а также его гармонизации с законодательством ЕАЭС, особенностей регулирования правовой охраны лекарственных средств как объектов интеллектуальной собственности, вопросов регулирования ценообразования на лекарственные средства, совершенствования промышленной, инновационной и экспортной политики РФ в сфере обращения лекарственных средств.

– Многие компании предпочитают набирать специалистов с опытом работы, а где выпускникам набирать этот опыт, их не волнует…

– К нам иногда приходят представители компаний и заявляют: ваши студенты ничего не умеют, вы их плохо учите. Спрашиваю: сколько студентов в год вы берете на практику? Нисколько. Сколько готовы брать на практику? Нисколько. Тогда какие претензии могут быть?! Мы же не можем при академии открыть заводы для производственной практики, чтобы выпускать специалистов с опытом работы.

Студенты в аудитории

Наркевич: Только при совместных усилиях наши выпускники будут быстро адаптироваться на предприятиях.
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Или говорят: у нас не хватает специалистов, которые могут работать на хроматографе, а вы их не готовите. Мы не против готовить таких специалистов, но давайте вместе оборудуем современную лабораторию спектральных методов исследования, которая стоит 30–40 миллионов рублей. Вы готовы дать на это деньги? Нет. Вам сколько нужно специалистов? Один-два. Ради них мы не можем построить лабораторию.

В конце 2012 года в академии была открыта лаборатория биотехнологии, оснащенная на 100 000 евро оборудованием немецкого концерна Sartorius. Этому поспособствовали выпускники СПФХА, занимающие ключевые должности в российском дочернем предприятии концерна Sartorius в Санкт-Петербурге. Но это исключительный случай.

Другой интересный пример – кафедра технологии рекомбинантных белков, созданная при поддержке и инициативе ЗАО «Биокад». Кафедра оснащена по последнему слову техники и нацелена на подготовку высококвалифицированных специалистов в области современной фармацевтической биотехнологии.

Мы не становимся в позицию «берите что есть», а внимательно прислушиваемся к пожеланиям, предложениям бизнеса, но только при совместных усилиях наши выпускники будут быстро адаптироваться на предприятиях. Поэтому мы и сами идем к работодателям, поскольку у них есть современное оборудование, они используют новые технологии, решают реальные задачи. Наша задача – выдать качественный «полупродукт», задача производства – «дошлифовать» его.

С другой стороны, наша цель – подготовить выпускника не к конкретному производству на всю оставшуюся жизнь, а дать ему перспективу выбора. Есть образование, а есть подготовка кадров. Образование – более широкое понятие.

– У вас есть проблемы с организацией производственной практики?

– Нет, наши партнеры очень доброжелательно относятся к приему студентов. Мы обсуждаем с ними вопросы повышения качества практики. Обучение проходит в основном на предприятиях европейской части России – вплоть до Кургана. Это порядка 50 компаний. Благодаря их поддержке наши студенты имеют возможность ездить на практику вместе с преподавателями.

У молодых людей появилась возможность выбирать профессиональную траекторию — мы это приветствуем и всячески поддерживаем

Наиболее тесные связи установились прежде всего с петербургскими предприятиями «Фармацевтическая фабрика Санкт-Петербурга», «НПФ «Полисан»», «Биокад», «Герофарм», «Фармпроект», ФГУП «СКТБ «Технолог»», завод компании РОСТА в Лахте и т. д. В регионах это «P-фарм», «Фармстандарт», «Генериум», «Акрихин», «Верофарм» и другие. Из иностранных компаний – Pfizer, Novartis, Takeda, Gedeon Richter, а также AbbVie, у нас с ними проект по развитию научных компетенций, качества научных исследований.

Академия активно работает с профессиональными ассоциациями.

Мы налаживаем и поддерживаем тесную связь с потенциальными работодателями наших выпускников уже со 2–3-го курса – с аптечными сетями, крупными оптовыми поставщиками, российскими производителями.

На фармацевтическом факультете на практику в одну аптеку идут один-два студента. Они проходят практику по трем направлениям: экономика (коммерция), изготовление лекарств, контроль качества препаратов. На один завод мы направляем до пяти студентов, это позволяет им в индивидуальном порядке заниматься изучением производственных процессов, а не ходить толпой, как на экскурсии, или не сидеть в офисе, перекладывая с места на место бумаги.

Лаборатория

Практические занятия студентов на кафедре фармакогнозии СПХФА
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Считаем, что наши студенты должны иметь представление о ведущих компаниях, чтобы заранее сориентироваться, чем бы они хотели более глубоко заниматься после окончания вуза. К примеру, «Полисан» и «Биокад» – это разные производства и по выпускаемым продуктам, и по технологиям, и по философии компании. У молодых людей появилась широчайшая возможность выбрать свою профессиональную траекторию – мы это приветствуем и всячески поддерживаем, организуем соответствующие практики, курсы лекций в вариативной части образовательной программы.

Все это вместе взятое способствует подготовке специалистов нового типа. Мы отходим от советской плановой потоковой системы, когда отчитывались за общее количество выпускников, и переходим к индивидуальной подготовке под конкретное производство. Но это возможно только в тесном сотрудничестве с работодателями.

– Могли бы вы привести примеры тесных партнерских отношений?

– На протяжении нескольких лет компания Pfizer реализует в академии проект «Больше, чем образование». Ведущие специалисты компании читают для наших студентов лекции по актуальным вопросам мировой фармацевтики. Ежегодно от 4 до 6 лучших студентов стажируются в исследовательских центрах компании в США и Европе. В академии реализуются стипендиальные программы компаний Takeda, «Р-Фарм», «Биокад».

Нас вдохновляет позиция руководства «Биокад», направленная на развитие профессиональных компетенций не только сотрудников компании, но и наших студентов, а также школьников, которые планируют связать свою жизнь с фармацевтической биотехнологией. Мы реализуем широкую совместную программу, включающую в себя научные, образовательные и воспитательные мероприятия.

Академия является партнером Санкт-Петербургского НИИ вакцин и сывороток в реализации проекта производства российских вакцин в Никарагуа. В настоящее время на базе института и академии проходят подготовку никарагуанские специалисты.

– Современным фармацевтам требуются более широкие знания, в частности курсы по генетике, молекулярной биологии, медицинской физике, информатике, статистике, изучение вопросов анализа биопрепаратов, вакцин-сывороток, иммунобиологических препаратов. В образовательной программе ничего этого нет…

– Да, развитие страны, отрасли требует новых компетенций. Это проблема макроэкономики. В программу фармацевтических вузов нужно вводить курс молекулярной биологии, генетики и другие предметы, но это непростой вопрос. Прежде всего, есть федеральный стандарт….

– А разве стандарты не специалисты пишут?

Проблема качества производства лекарств не замыкается в рамках фармацевтического образования. Нужны химики, биологи, математики

– Менять стандарт можно и нужно, но делать это надо аккуратно и с учетом тенденций развития рынка труда. А по нашей отрасли официальная статистика отсутствует. Мы проводим совместно с комитетом по труду исследования по изучению регионального рынка труда в сфере обращения лекарств. Надо понимать не только то, что происходит сегодня, но и то, что будет происходить на рынке труда в краткосрочной и среднесрочной перспективе, поскольку образовательный процесс длится пять лет и более.

Изменения идут. Подготовлен проект федерального стандарта 3+. С нынешнего года для провизоров и фармацевтов вводится аккредитация, для ее получения необходимо продемонстрировать не только профессиональные фармацевтические навыки, но и умение оказать первую помощь пострадавшим. Фармацевт перестает быть просто продавцом, он должен грамотно консультировать по лекарствам, уметь оказать первую доврачебную помощь, если человеку стало плохо в аптеке.

Оборудование для опытов

Наркевич: вузам предоставили возможность формировать вариативную часть образовательной программы — в рамках этого блока они вольны вводить новые предметы и курсы
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Вопросы качества образования обсуждаются на всех уровнях, в частности в Министерстве здравоохранения, Министерстве образования и науки. И проблема качества производства лекарств не замыкается в рамках фармацевтического образования. Нужны химики, биологи, математики. Фармацевты – связующее звено многих компетенций, специалистов.

Консерватизм образования имеет свои плюсы, поскольку это придает процессу выверенность принятия решений. Погоня за новым может привести к отрыву от реальности. Введение новых предметов – это проблема и хороших преподавателей. Ведь, как сказал академик Павлов, безграмотные учителя готовят еще более безграмотных учеников.

К тому же вузам предоставили возможность формировать вариативную часть образовательной программы – в рамках этого блока они вольны вводить новые предметы и курсы.

– Насколько востребованы ваши выпускники?

– У них нет проблем с трудоустройством. К примеру, «Полисан» наших выпускников, хорошо зарекомендовавших себя на практике, берет сразу на должности начальника участка, начальника цеха.

Наши выпускники с хорошим знанием языка поступают в университеты Австрии, Германии, Британии. Многие (95%) из тех, кто учился, стажировался за рубежом, возвращаются, видя здесь перспективу профессионального роста.

Для России мы выпускаем около 600 специалистов в год, еще 150–200 – для зарубежья. Этого недостаточно, нужно хотя бы порядка тысячи. С фармацевтического факультета в ретейл (аптеки) уходит 80–90% выпускников, и тем не менее там не хватает наших специалистов. Это подтверждают все сети Северо-Запада, с которыми мы работаем, – «Озерки», «Невис», «Радуга», «Фармакор», «Здоровые люди»…

Проблема качества производства лекарств не замыкается в рамках фармацевтического образования. Нужны химики, биологи, математики

У нас тесные связи с «Петербургскими аптеками». После общения с руководством сети возникла идея создать независимую комиссию по оценке квалификации сотрудников. Это могло бы стать точкой отсчета приведения квалификации работника к некому единому стандарту. В этом есть потребность, поскольку у предприятий различная корпоративная культура. Нередко специалист, долго проработавший в одной сети, переходя в другую, тяжело адаптируется. Это сказывается на климате в коллективе, качестве его работы. Эту тему мы отрабатываем с председателем комитета по труду Санкт-Петербурга Дмитрием Чернейко. Он один из идеологов управления рынком труда. У него есть очень конструктивные предложения.

Создание независимой комиссии по оценке квалификации – как раз мостик между вузами и рынком труда. Появляются механизмы, позволяющие выстроить не только трудовые отношения, управлять рынком труда сегодня, но и транслировать его перспективы на вузы.

– А какой конкурс в вашу академию?

– В 2015 году проходной балл на фармацевтический факультет составил 236 из 300, химико-технологический – 231, биотехнический – 228. Это третий показатель среди медицинских вузов страны.

Микроскоп

Наркевич: Мы приветствуем отличников, но куда важнее, чтобы выпускники школ осмысленно делали свой выбор в пользу академии
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

Отечественная компания «Вертекс» реализует программу российской школы фармацевтов, проводит олимпиаду для школьников. Популяризация нашей профессии – важное дело. Мы приветствуем отличников, но куда важнее, чтобы выпускники школ осмысленно делали свой выбор в пользу академии. С такими студентами легче работать. В этом направлении мы работаем со школами Центрального и Петроградского районов. Так, в школе № 197 планируем открыть фармацевтический класс, ориентировать ребят на поступление не только в вузы, но и в колледжи. С лицеем № 214 ведем аналогичную работу.

– Вы говорили о необходимости создания в Санкт-Петербурге центра предрегистрационной экспертизы. О том, что хорошо бы там, где это позволяет научно-исследовательский потенциал, эту функцию передать на региональный уровень. Что-то меняется в этом отношении?

– Не так быстро, как хотелось бы, но меняется. До недавнего времени академия была вне экспертных процедур, однако последние несколько лет мы активно работаем в рамках фармакопейного комитета России. Академия является базовым учреждением по подготовке уполномоченных лиц производителей – одним из пяти в стране. Развивается наш, вузовский, центр контроля качества лекарственных препаратов, осуществляющий внешний контроль качества продукции наших предприятий.

Передача функции предрегистрационной экспертизы на региональный уровень позволила бы существенно сократить сроки регистрации лекарственных препаратов и, соответственно, снизить инвестиционные риски. Но для этого нужно изменить законодательство. Думаю, когда заметно вырастет объем отечественных препаратов, не имеющих аналогов, этот вопрос встанет, и тогда внесут изменения в законодательство, а в местах сосредоточения производства и науки появятся центры предрегистрационной экспертизы.

Нам бесполезно гнаться за китайцами в количестве дженериков, нужно разрабатывать эксклюзивные препараты, используя свой интеллектуальный потенциал. Изначально особенностью санкт-петербургского фармацевтического кластера являлся упор на исследовательскую составляющую. Успешно фармкластеры развиваются в Ярославле, Новосибирске, Томске, Подмосковье, Калужской области, Татарстане, Екатеринбурге и т. д.

– Не могу не спросить о допинговом скандале. Насколько, по-вашему, обосновано отнесение милдроната к запрещенному списку антидопингового агентства, к гормонам и модуляторам метаболизма?

России бесполезно гнаться за китайцами в количестве дженериков, нужно разрабатывать эксклюзивные препараты, используя свой интеллектуальный потенциал

– Милдронат – кардиопротектор, он защищает клетки миокарда при больших нагрузках. Этот препарат вряд ли может быть признан допингом для спринтера – бегуна на короткие дистанции. В случае с марафонцами, лыжниками, бегущими на большие дистанции, ситуация пограничная. Благодаря защите миокарда человек может бежать дольше и быстрее.

С другой стороны, этот препарат оказывает именно поддерживающее действие, а  не  стимулирующее. Считаю, что его применение для спортсменов оправданно. В порыве борьбы спортсмен не всегда может правильно оценить свое физическое состояние, свои возможности. Среди спортсменов нет здоровых людей, им необходима защита, она предохраняет их от инвалидности. Человек быстрее адаптируется к нагрузкам и после них, меньше риск ишемии. Защищать сердце надо, но это тонкая грань. Кстати, допинговый скандал сработал как отличная реклама милдронату, его мгновенно раскупили в аптеках. Мы разработали препарат с другой структурой, но аналогичного действия – этмабен.

– Как вы оцениваете реализацию федеральной целевой программы «Фарма 2020»?

– Считаю, это одна из удачнейших программ. Она правильно структурирована, сформулированы верные ориентиры. Успех обеспечивается и тем, что программа грамотно регулируется.

Не нужно ожидать, что в 2020 году на прилавках аптек в основном будут отечественные лекарства, но программа запустила важные процессы. Строится большое количество современных заводов, на которые охотно идет работать молодежь. Это является локомотивом для развития отрасли и смежных сфер. Чрезвычайно важно, что в нашей стране появляется востребованность в кадрах, ведь самое бесперспективное – это когда стране не нужны специалисты.

Заводы построили, увеличился объем отечественных препаратов. Идет этап разработки активных фармацевтических субстанций.

– Но статистика, да и аптечные прилавки не демонстрируют увеличения доли отечественных препаратов. В 2015 году импортные лекарственные средства сохранили свои позиции в реализации по сравнению с отечественными лекарственными средствами…

Подопытные грызуны

Наркевич: Изначально особенностью санкт-петербургского фармацевтического кластера являлся упор на исследовательскую составляющую
(Чтобы увеличить, кликните на фото)

– Эта статистика сразу не может заметно измениться. Мы создаем скелет отраслевой промышленности. Пройдут десятилетия, пока на нем нарастут мышцы. Раз-два и все завалили отечественными лекарствами – так не получится. Вопрос: «Что производить?» – встает после того, как построены и заработали заводы.

В фармацевтической отрасли основные деньги сосредоточены в исследованиях и продвижении товара, доля промышленности там невелика. У меня мечта, чтобы после этапа строительства, вывода предприятий на производственные мощности начал развиваться исследовательский сегмент. Тогда и нашим выпускникам будет обеспечена интересная работа. Вокруг производств откроются лаборатории, исследовательские центры, малые предприятия – прибавится работы по многим направлениям. Когда заработает исследовательский сектор, это станет большим стимулом для развития российской науки и образования. Но этого можно ожидать через определенный промежуток времени. Хотелось бы дожить до этого счастливого времени.

Министерство промышленности и торговли РФ предусмотрело предоставление субсидий из федерального бюджета на разработку инновационных аналогов лекарственных препаратов. На эти цели Минпромторг запросил на 2016 год 1,12 млрд, на 2017 год – 800 млн, на 2018 год – 1,95 млрд рублей.

– И все-таки когда в России может наступить переломный момент и в стране будут производиться необходимые препараты?

– Ни одна страна не производит полный цикл. Это экономически нецелесообразно. Считаю, успехом отрасли должно стать не столько снижение импорта за счет увеличения объемов производства дженериков, сколько разработка эксклюзивной продукции и ее экспорт. Пробиться на европейский или американский рынок чрезвычайно сложно, особенно с аналоговыми лекарствами – их уже давно где-то делают лучше и дешевле нас.

Одна из целей ФЦП «Фарма 2020», принятой в 2009 году, – увеличение к 2020 году объема экспорта медицинской и фармацевтической продукции в 8–10 раз. Такие результаты могут быть достигнуты только за счет перспективных инновационных препаратов.

Но чтобы вывести даже российский препарат на отечественный рынок, при самых благоприятных условиях требуется 10–12 лет. Кроме того, ключевой вопрос – инвестиции. За рубежом в разработку нового препарата инвестируется 1,5–3 млрд долларов. У нас на это выделяется на несколько порядков меньше.

Перед нами стоит очень сложная задача на пути к расширению присутствия на мировом рынке. На сегодня почти 60% российских лекарств экспортируется в страны СНГ. Этому способствуют исторически сложившиеся отношения, единое экономическое пространство. Компании присматриваются к рынкам Азии и Африки, выйти на которые значительно проще, чем на европейские и американские. Активно работают в экспортном направлении компании «Полисан» и «Биокад».

Летом 2015 года компания «Р-фарм» получила разрешение американской FDA на проведение клинических испытаний препарата по лечению ревматоидного артрита. В прошлом году рост экспорта российской фармацевтической продукции составил более 8%.

– А правила ВТО – не про снижение барьеров на мировом рынке?

– США и Европа не открывают нараспашку свои фармацевтические рынки для иностранных компаний. Там рынки очень сильно зарегулированы, везде есть свои национальные стандарты. И тем не менее в 2011 году петербургская компания «Фармсинтез» зарегистрировала российское лекарство, не имеющее аналогов: противораковый препарат.

США и европейские страны уже несколько десятков лет занимаются регулированием взаимоотношений, и процесс этот еще не завершен.

– А мы раскрыли свой внутренний рынок нараспашку – на нем активно работают свыше 450 компаний западных производителей. Почти 90% спортивного питания в Россию поставляют американские и канадские фирмы…

– Это была вынужденная мера в условиях кризиса 90-х годов и изменения социально-экономических условий хозяйствования. Благодаря допуску на наш рынок современных медицинских препаратов и технологий удалось сохранить здоровье миллионов наших соотечественников. Но сейчас экономическая ситуация изменилась. Государство и общество стали активно развивать российское здравоохранение. Появились условия для развития отечественной фармацевтической отрасли. Это требует новых подходов к регулированию фармацевтического рынка.

Ирина Кравцова

В печатной версии название статьи — «Своя траектория» (журнал «Управление бизнесом», № 27, апрель, 2016 год).

Похожие сообщения

Добавить комментарий

Наверх
X