Капитан барка «Седов» Максим Родионов.

Дата Сен 17, 13 • 1 комментарий

Он ушел, чтобы вернуться Первое кругосветное плавание легендарному барку «Седову» предсказали 32 собственных паруса, определив заходы в 32 порта мира.  «Нас уважают за то, что...
Pin It

Главная » Журнал "Управление Бизнесом" №10, Тренды » Капитан барка «Седов» Максим Родионов.

Он ушел, чтобы вернуться

Первое кругосветное плавание легендарному барку «Седову» предсказали 32 собственных паруса, определив заходы в 32 порта мира.

 «Нас уважают за то, что парусник «Седов» в свои 92 года продолжает службу, а не списан или не стал музеем-рестораном. Подобных стальных гигантов в начале XX века были тысячи, нынче остались в море только два, и оба под российским флагом – «Седов» и «Крузенштерн», – говорит капитан барка «Седов» Максим Родионов.

Флаг – Российская Федерация

Порт приписки – Мурманск Верфь – Germaniaverft, Kiel

Спуск на воду – 14 февраля 1921 г.

Предыдущие имена: «Magdalene Vinnen II» (1921 г.), «Kommodore Johnsen» (1936 г.), «Седов» (1945 г.)

Тип судна – четырехмачтовый барк

Водоизмещение – 6148 т Длина – 117,5 м Ширина – 14,66 м Осадка – 6,7 м Высота матч – 58 м

Площадь парусов – 4192 кв. м

Скорость под парусами – до 18 узлов

Скорость под двигателем – 10 узлов

Экипаж – 54 моряка

  • Насколько за все эти годы удалось сохранить историческую аутентичность четырехмачтового парусника?

– О возрасте самого большого учебного парусного судна в мире, занесенного в Книгу рекордов Гиннесса, напоминает практически весь корабль. Корпус, мачты, реи – родные. Управление парусным вооружением, сдвоенный штурвал – все осталось без электричества и гидравлики, как и на момент постройки в 1921 году. Грузовой корабль с огромным трюмом претерпел только три модернизации внутри. В результате перепланировок возникли жилые и другие помещения, отвечающие задачам учебного судна, способного принять на борт более 200 человек.

  • Кругосветное плавание началось в Петербурге 20 мая 2012 года. В этот день право произвести традиционный выстрел из пушки Нарышкина бастиона предоставили капитанам барка «Седов» – Николаю Зорченко и вам.

– Мы впервые уходили в море с благословения пушечного выстрела. А подготовка к этому рейсу началась еще в 2007 году. Заменили главный двигатель, отремонтировали такелаж, жилые помещения экипажа и кубрики курсантов, настелили новое палубное покрытие. Все внутренние вопросы решали по мере их поступления. А вот с организацией маршрута возникли проблемы из-за вероятности ареста российского судна в портах США по известным разногласиям из-за библиотеки Шнеерсона с древними еврейскими текстами. Поэтому маршрут нашего парусника пришлось проложить через острова Тихого океана.

  • Всем ли курсантам покоряется высота седовских мачт?

– В кругосветке побывали 303 курсанта в три смены. Первая – от Питера до Касабланки, вторая – до Владивостока, третья – до Северной столицы. С нами постоянно были мурманские курсанты, к ним добавлялись парни из Архангельска, Санкт-Петербурга, Астрахани. Для последней группы кадетов, как мы их иногда называем по аналогии с зарубежными сверстниками, рейс длился полгода. Несколько человек вернулись на корабль из первой смены, – так им хотелось повторить пережитое.

Уникальность морской практики на паруснике в том, что в жизни юношей больше такого никогда не повторится. Никогда они не прочувствуют тех эмоций, когда по возвращению на землю постепенно приходит понимание, через что ты прошел, как преодолел себя в невероятных условиях.

Я двадцать с лишним лет хожу на парусниках, и с мостика сразу вижу, у кого точно не получится побороть свой страх. Первых подъемов боятся практически все. А когда спускаются на палубу, то в глазах – ужас, перемешанный с восторгом. Потом осваиваются. Через пару недель уже снуют по вантам с обезьяньей ловкостью, приходится даже наказывать за излишнюю прыткость. Но в каждом потоке бывают один-два курсанта, которые в силу непреодолимого страха или излишнего веса остаются работать на палубе.


  • А каким был ваш первый подобный опыт?

– Так я только из-за боязни высоты пошел в подводники (смеется). И потом, одно дело, когда в 16 лет начинаешь, и совсем другое, когда в 25. У меня это произошло на паруснике «Мир». Экипаж набирали по рекламе в газете «Шанс», и нас тогда много оказалось без этого матросского навыка. Первый раз я лез очень долго, и, преодолев такой страх, очень хорошо понимаю переживания ребят.

  • Как с подводной лодки всплыли на парусник?

– Свою детскую мечту – пойти в море – я осуществил на подводных лодках. Мой отец подводник, поэтому я осознанно выбрал Высшее военно-морское училище подводного плавания имени Ленинского комсомола – ВВМУПП, которое в шутку называли высшим военным музыкальным училищем песни и пляски. Родители хотели, чтобы я пошел на атомные подводные лодки, но меня тянуло на дизельные. Я рассуждал так – атомные плавают мало, недалеко и не всплывают. А на дизелях мы полмира тогда посмотрели. По 9 месяцев жили в море и морем. И это было великолепно.

После распада Советского Союза наши военные подводные лодки перестали ходить в рейсы. Я демобилизовался и сразу начал искать работу на берегу, но связанную с морем. В Государственной морской академии имени адмирала С. О. Макарова был заместителем начальника факультета. Но как только узнал о вакансиях на паруснике «Мир», то решил пойти. Хотя меня и назначили сразу четвертым помощником капитана, я начал с матроса, так как флот приучил меня к тому, чтобы знать корабль от киля до клотика и только потом вставать на мостик. Затем был марсовым, боцманом и дошел до штурмана.

  • Судьба же уготовила вам встречу с барком «Седов»…

– Это был май 2005 года. Я шел по причалу Канонерки и увидел этот парусник. Его капитан Виктор Мишенев окликнул меня и обратился с просьбой: «Максим, выручай, мой старпом будет только к отходу, некому принимать корабль после ремонта». Там дел-то было на три дня, но так получилось, что остался почти уже на 10 лет. А в 2006-м стал здесь капитаном.

  • И, похоже, не думали, что придется отправиться в кругосветку с высокой степенью ответственности за команду, за курсантов.

– Плавание прошло ровно. «Седов» стал единственным парусником, который, огибая капризный мыс Горн, спустил лодки с журналистами, предоставив им редкую возможность запечатлеть корабль с воды. Обычно в этом месте, в проливе Дрейка, где пролегает граница между Атлантикой и Тихим океаном, бушуют жесточайшие шторма. Мы же дважды прошли спокойно мимо Горна, поставив паруса.

А перед вторым проходом проливом Дрейка, за которым мы должны были выйти в Тихий океан, наш барк принял на борт двух чилийских лоцманов. И когда выяснилось, что навстречу нам движется мощный циклон с сильным встречным ветром, чилийцы разрешили нашему барку уйти в шхеры Огненной Земли, в их территориальные воды. А эти два лоцмана по очереди несли вахты на мостике в течение трех суток, прокладывая нам курс по очень сложным проливам. По сути, благодаря им, «Седов» разминулся со штормом и вовремя прибыл в Вальпараисо. Обычно такая услуга обходится в десятки тысяч долларов, но чилийский ВМФ помог нам бесплатно. Вот вам пример настоящей морской солидарности, понимания серьезности задач, стоящих перед парусником в кругосветном плавании. И, разумеется, уважение к нашей стране.

  • Так совпало, что в трагически известный японский город Нагасаки вы прибыли 11 февраля, в разгар празднования Нового года по восточному календарю.

– Нагасаки, как выяснилось, не совсем типичный японский город, там очень велика китайская диаспора, а потому восточный Новый год праздновался торжественно и весело, с традиционными парадами, концертами. Но, стоя в самом центре города, мы не смогли организовать для японцев посещение нашего судна. Власти обнесли «Седов» ограждением, выставили свою охрану и ближе 50 м никого не подпускали. Местное население любовалось парусником только с набережной, а нам ограничений на выход в город не было. Все-таки не зря говорят, что Восток – дело тонкое…

В этой кругосветке мы не только благополучно преодолели 47 000 миль, но и достойно представили российское судно как исторический парусник – символ отечественного флота – почти для 200 000 посетителей на четырех континентах.

  • Как часто общались в пути с «собратьями» по морю?

– Оказалось, что чуть ли не на трети встреченных кораблей плавают моряки, которые в свое время прошли практику на «Седове». Некоторые восторгались, когда узнавали, что наш барк совершает кругосветное путешествие. Пользуясь возможностью, мы интересовались предстоящей погодой.

 

  • А когда вас предупредили о возможном пиратском нападении?!

– Мы вышли из Кейптауна вечером 25 апреля и примерно в четыре часа утра, когда начали огибать Африку, меня вызвали капитаны встречных судов-контейнеровозов и сообщили, что три дня назад они более суток уходили от пиратов. Мы приняли решение уйти в океан миль на 300, где пираты уже не смогли бы нас достать. Да, есть международная конвенция по борьбе с пиратством. Есть и аварийная кнопка на мостике, соответствующая инструкция, но нам нельзя рисковать, ведь на борту команда, туристы, курсанты. Кстати, ребята спрашивали: «Где же пираты, когда они на нас нападут? Нас 200 человек, мы им покажем!» Дети есть дети…

  • И на протяжении всей кругосветки у вас была полная загрузка туристами, которые становятся самыми настоящими практикантами.

– Еще их называют трейнизами. Они приезжают на отдельные переходы. Живут в кубриках, по 6-10 человек, питаются с курсантами и могут выполнять все палубные работы, нести рулевую вахту, а после соответствующего инструктажа участвовать и в парусных авралах. И таких людей, которые хотят обучиться парусному делу, становится все больше.

Приятно, что все чаще приезжают и наши соотечественники. На переходе от Гонконга до Сингапура яхтсменка и вице-президент компании ABBYY Екатерина Солнцева привезла на барк своих друзей и коллег. Ребята полностью захватили целую мачту, за пару дней освоились со всеми операциями и прекрасно отработали две недели. Когда пришло время расставаться – у них слезы на глазах. Потом сообщали, что теперь самое страшное в их жизни – ностальгия по «Седову». Хорошими друзьями судна стали и члены Русского крейсерского клуба из Москвы, который возглавляет Андрей Шарков. К нашему возвращению в Петербург они успели издать двухтысячным тиражом стостраничный журнал, полностью посвященный нашему паруснику и кругосветке.

  • Был ли с вами на борту тот самый немец, который решил выручить деньги от обмена собственного дома на маленькую квартиру для оплаты полного тура на «Седове»?

– Старина Зиги прошел с нами практически две трети пути. В 76 лет он осуществил свою давнюю мечту – обогнуть на паруснике мыс Горн. В Атлантике его ожидал обряд «экваториального крещения», – досталось деду по полной, но Зиги был безмерно счастлив. Разговаривает он только на немецком, а создалось такое ощущение, что это – свой в доску мужик. Кстати, многие иностранные туристы, побывавшие на «Седове», говорили на русском, пусть даже на ломаном, потому что учились в российских вузах, чем удивили наших курсантов. Сейчас ребята знают, что в СССР чуть ли не полмира получило образование.

 

  • Какой интерес проявили журналисты в портах захода «Седова»?

– Здесь все зависело от расторопности представителей наших дипломатических миссий, которые по распоряжению правительства оказывали нашему походу всемерную поддержку в своих странах. Как правило, анонсы в газетах появлялись примерно за неделю до захода барка, а потому фоторепортеры и телеоператоры на причале были обычным явлением. В одном Гонконге, пока мы стояли на рейде, на судне побывала пара десятков телевизионных бригад. Думаю, капитан Николай Зорченко дал за рейс под сотню интервью, также как и помощник капитана по связям с общественностью Валерий Василевский.

  • И такая должность значилась в штате экипажа?

– Да, и просто удача, что в этом качестве пошел именно Валера – журналист, фотограф, путешественник, человек, бесконечно влюбленный в море и в «Седова», которому на 90-летие подарил толстенный фотоальбом. И хотя в обязанности Валерия входило только информационное обеспечение плавания, отправка на Большую землю репортажей и фотографий, да еще помощь капитану в организации различных приемов, он как-то постепенно существенно расширил этот список.

Когда после Касабланки у нас исчезло спутниковое телевидение, Василевский начал ежедневно вести радиовыпуски по судовой трансляции. Интернет порой надолго пропадал в океанских просторах, и Валера в качестве информации получал от наших радистов гугловские заголовки новостей, из которых мало что можно было вытащить. А он вытаскивал, и не просто давал события, но и как-то по-своему их комментировал. А какой сценарий в стихах он сочинил к дню Нептуна, – подобрал исполнителей, срежиссировал весь праздник… Ну, а про уху от Василевского я рассказывать не буду – ее надо пробовать!

  • Первыми после 14-ти месячной разлуки вас встретили…

– …родные российские таможенники и пограничники. Поклон им и благодарность! По-видимому, они по-человечески прониклись тем, что мы так долго были в море. Осмотр барка, оформление всех документов провели за два часа в спокойной обстановке, тактично. Ну, а уже на следующий день нас ждала торжественная встреча в Санкт-Петербурге на набережной лейтенанта Шмидта, рукопожатия с начальством. За ними – объятия с родными.

 

  • А отчет о кругосветке перед Северной Столицей «держали» 40 курсантов парадным построением на реях! Потрясающее зрелище – первое в акватории Невы…

– Я боюсь, что это было последнее свидание Санкт-Петербурга с «Седовым». Новый мост над Морским каналом по проекту планируется высотой в 52 метра, мачты у нашего барка – 58 метров. Парадокс, но в Дании при строительстве одного из мостов ориентировались на самое крупное российское судно, да и не только в Дании. Мы легко проходили в порты под мостами в Пусане, Нагасаки. У нас же почему-то это не учли…Впрочем, нас уже посетили представители городских властей, и поинтересовались нашими размерами, в частности проходной высотой. Мы очень надеемся, что старейший барк, одолевший кругосветку, победит и на этой проектной «карте».

  • Хотелось бы и побед на регатах…

– После планового ремонта «Седов» начнет подготовку к гонке больших учебных парусных судов Black Sea Tall Ships Regatta, которая пройдет в следующем году с 30 апреля по 29 мая по маршруту Варна – Новороссийск – Сочи – Констанца. В соревнованиях примут участие «Крузенштерн», «Мир», «Надежда», суда из Франции, Италии, Нидерландов, других стран.

Гонки больших кораблей под парусами – это и шоу, и настоящая спортивная борьба за призы, за престиж. Мой учитель, первый капитан учебного парусника «Мир» Виктор Антонов говорит: «Там где начинается спорт, кончается благоразумие». Я недавно встречался с ним, и мы долго говорили о регатах. Нам посчастливилось застать «золотой век» европейского паруса – с начала 1990-х до недавних лет. Тогда советская перестройка дала возможность самому большому отряду советских учебных кораблей включиться в общемировые парусные события. Одно перечисление их, – «Седов», «Крузенштерн», «Мир», «Паллада», «Надежда», «Херсонес», «Товарищ», «Дружба», – указывает на то, как мы изменили тогда расклад сил на международных регатах.

Сейчас накал борьбы несколько поугас, далеко не все выходят на гонки, предпочитая коммерческие рейсы. Но «Седов» в числе участников регаты, и настрой у команды оптимистичный. Для нашего барка Черное море благоприятное – есть, где разогнаться под парусами.

Татьяна Филатова

Похожие сообщения

Добавить комментарий

Наверх
X