Эльвира Набиуллина

Путь очищения

Дата Июл 11, 18 • Нет комментариев

Эльвира Набиуллина: от твердого регулирования финансового сектора пока не уйти. Прошедший в Петербурге в июне...
Pin It

Главная » Банки и Финансы, Журнал «Управление Бизнесом» №42 » Путь очищения

Эльвира Набиуллина: от твердого регулирования финансового сектора пока не уйти.

Прошедший в Петербурге в июне Международный финансовый конгресс собрал известных финансистов, которые обсудили текущее состояние финансовых рынков и банковской сферы. Председатель Банка России Эльвира Набиуллина констатировала текущие тренды и обозначила ряд предстоящих шагов в банковской и финансовой сферах. Приводим наиболее интересные моменты ее доклада – отметим, они достаточно знаковые для того, чтобы понимать, куда мы будем двигаться в ближайшее время.

Уже более 10 лет прошло с начала глобального финансового кризиса, и до сих пор нельзя утверждать, что мировая экономика перешла к устойчивым темпам роста и в состоянии расти самостоятельно, без опоры на стимулирующие меры.

Именно недостаток регулирования позволил накопить те риски в финансовых институтах, которые потом транслировались в реальную экономику и в силу глобализации затронули практически все страны. Адекватность регулирования и сопротивляемость регуляторов к призывам ослабить регулирование, дать возможность финансовым институтам способствовать экономическому росту – все это критически важно, чтобы не допустить незаметного, но часто угрожающего накопления рисков. Ужесточение финансового регулирования серьезно изменило и продолжает менять облик финансового сектора.

При минимально низкой безработице сегодняшние 1,5–2% экономического роста – это те темпы,  которые наша экономика может обеспечить без изменений своей структуры

При этом мягкая монетарная политика – это политика адаптации, а реформа финансового регулирования – это политика изменений. Мягкая монетарная политика позволила выиграть время для проведения структурных реформ – время было выиграно, но проведены ли эти реформы? Видимо, ответ надо искать в низкой производительности труда, низких инвестициях, чрезмерном накоплении долгов во многих странах, которые угрожают финансовой стабильности.

Разговоры о скором новом кризисе возникают все чаще то здесь, то там.

Да, темпы экономического роста в мире приблизились к 4% в год, безработица во многих развитых странах достигла минимумов за последние 40–50 лет. Но не надо забывать, что этот рост пока происходил при сохранении стимулирующей направленности монетарной политики. Так, Европейский центральный банк до сих пор продолжает скупать активы. Но что нужно сделать, чтобы возросшая устойчивость финансовой системы стала фактором роста экономики? На развитие финансового сектора и на то, как он будет способствовать экономическому росту, будут влиять три основных фактора: состояние глобальной экономики; сохранение макроэкономической стабильности в России – низкая инфляция, низкий долг и сбалансированный бюджет; темпы структурных реформ.

Факторы роста

В глобальной экономике в прошлом году наблюдалась довольно благополучная картина. Но неизбежность нормализации денежно-кредитной политики в развитых экономиках ведет к тому, что потоки капитала, которые в период дешевой ликвидности практически были отвязаны от фундаментальных факторов, будут стремиться в тихие гавани исторически безрисковых активов и больше внимания будут обращать на фундаментальные слабости или сильные стороны тех или иных экономик. Рост процентных ставок, прежде всего на рынке долларовых заимствований, разворот потоков капитала уже создают напряженность в ряде развивающихся экономик, уязвимых по макроэкономическим параметрам. И в целом волатильность глобальных финансовых рынков повышается. Ситуация усложняется разного рода политическими рисками. Рост популизма в отдельных странах, рост протекционизма с риском полноценных торговых войн, активизация использования отдельными странами в одностороннем порядке финансовых санкций – все это создает риски для стабильности на финансовых рынках, повышает и так уже возросшую рыночную волатильность.

ГазетаОпыт показывает, что единственное, что может противопоставить в подобной ситуации страна с развивающимся рынком, чтобы сохранить возможности для устойчивого экономического роста, – это макроэкономическая стабильность, отсутствие дисбалансов и чрезмерной долговой нагрузки, здоровая финансовая система, которая имеет хорошую подушку безопасности в виде капитала и ликвидности. В последние годы Банк России и правительство страны уделяли этим вопросам особое внимание. И возросшие внешние риски – сигнал к тому, чтобы и далее не пренебрегать макростабильностью, а, напротив, укреплять ее.

В прошлом году мы, как и обещали в 2014-м, когда переходили к инфляционному таргетированию, впервые достигли цели по инфляции. Теперь важно закрепить этот результат, сделать низкую инфляцию нормой нашей жизни. Поэтому цель денежно-кредитной политики Банка России на ближайшее будущее – поддерживать инфляцию вблизи 4%. В отдельных случаях возможно кратковременное ускорение инфляции, может быть, даже несколько выше 4%. И мы понимаем, что не всегда разумно пытаться этого избежать, чтобы не наносить вред экономическому росту. Но если эти отклонения и возникнут, они не будут носить масштабного характера и будут краткосрочными. Инфляция будет возвращаться к 4%.

Стабилизация инфляции будет сопровождаться снижением волатильности процентных ставок по мере снижения и заякоривания инфляционных ожиданий. В этом вопросе, особенно в части заякоривания, нам еще многое предстоит сделать. Мы видим по данным последнего месяца, что всплески цен по отдельным товарам (прежде всего по бензину), волатильность курса продолжают серьезно отражаться на инфляционных ожиданиях. Они у нас до сих пор не заякорены.

Со стороны правительства серьезным вкладом в макростабильность является бюджетное правило. Мы считаем, оно защищает бюджетные расходы от колебаний цен на нефть и дает возможности бюджету финансировать приоритетные направления на стабильной основе, обеспечивает стабильность и других макроэкономических параметров, включая реальный валютный курс.

Таким образом, с точки зрения макроэкономического фона мы не видим заметных рисков для финансовой системы в будущем.

Теперь – о темпах экономического роста. Те 1,5–2% роста, которые есть сейчас, при безработице, снизившейся уже до исторического минимума, – это приблизительно те темпы роста, которые может обеспечить наша экономика в среднесрочной перспективе без изменения своей структуры. Тем не менее мы ожидаем, что конкретные меры, которые предложит правительство (помимо увеличения бюджетных расходов по приоритетным направлениям), раскроют возможности для частных инвестиций и частного предпринимательства и позволят поднять в конечном счете потенциал экономического роста.

Рост потребительского и ипотечного кредитования не может долго продолжаться безрисково. Мы будем при необходимости принимать меры, чтобы не допустить формирования пузырей

Текущие низкие темпы экономического роста – вызов для финансовой системы. Сейчас она ответила на него бурным ростом потребительского и ипотечного кредитования. И безрисково этот процесс долго продолжаться не может. Мы будем внимательно следить и при необходимости принимать меры, чтобы не допустить формирования пузырей.

При этом происходит процесс очищения балансов компаний от плохих долгов, и это будет создавать условия для развития кредитования производственных компаний. Для этого нужно развивать компетенции в банках по умению оценивать перспективы новых, малых компаний, оценивать новые проекты, развивать инструменты проектного и инвестиционного финансирования.

Новые финансовые технологии, в том числе по работе с большими данными, могут стать важным инструментом развития таких компетенций и квалификаций. При этом мы видим, что меры господдержки рассчитаны в первую очередь на те финансовые институты, которые уже имеют такие компетенции и квалификации.

Нейтрализация денежно-кредитной политики, которая буквально не за горами, означает замедление, а в конечном счете и остановку процесса снижения ставок. Возможны и ситуации, когда ставки могут повышаться, если будут возникать проинфляционные риски. Последние несколько лет финансовые институты жили в условиях снижающихся процентных ставок. Важно, чтобы изменение тенденции не застало сектор врасплох, не привело к чрезмерным процентным рискам. И уже сейчас нужно задуматься о том, как будет устроено ценообразование на финансовые инструменты в условиях, когда движение ставок перестает быть однонаправленным.

При этом высокие внешние риски означают, что период низкой волатильности остался в прошлом. И нас ждет более волатильная ситуация на мировых рынках. Этими рисками тоже надо управлять. Не пытаться переложить их на конечного заемщика, как это иногда происходит, или на инвестора. Опыт показывает, что в конечном итоге это заканчивается реализацией кредитных рисков для самой финансовой организации. И безусловно, важность приобретает умение конструировать инструменты с учетом таких рисков, учиться хеджировать риски.

ДомИзменение бизнес-моделей финансовых организаций будет происходить под воздействием этих факторов, и здесь мы будем шире использовать стимулирующее регулирование.

Стимулирующее регулирование часто противопоставляют нейтральному, говоря о том, что использовать меры регулирования для того, чтобы влиять на бизнес-модели финансовых институтов, может быть небезопасно для финансовой системы. Но посмотрим, например, на банковскую систему. Когда мы видим ситуацию, при которой банки, в том числе крупные, используются для финансирования практически только бизнеса своих собственников, для финансирования в основном сделок слияния и поглощения, а не эффективных проектов в экономике, мы понимаем, что это угрожает и экономике, и стабильности самого финансового рынка. И здесь регулирование, которое будет стимулировать нормальную классическую банковскую деятельность, пойдет только на пользу. Это актуально именно сейчас, когда банковская система восстановилась, кредитование во всех сегментах уверенно растет, и этот тренд будет сохраняться.

Фокус на кредитование

Кредитование должно развиваться таким образом, чтобы способствовать устойчивому экономическому росту и предотвращать потери общества от финансирования неэффективных проектов. Это означает, что мы будем проводить такую регуляторную политику, которая сможет поддерживать качественный рост рынка и дестимулировать практики, ведущие к накоплению этих рисков.

О каких практиках прежде всего идет речь? Первое. Мы уже приняли и будем принимать дополнительные меры по девалютизации балансов банков. Необходимо дальнейшее снижение валютного риска в целом по системе.

Второе. Преобладание залогового кредитования, на наш взгляд, создает риски того, что на балансах банков скопится слишком большой объем непрофильных или проблемных активов. Фонд непрофильных активов, который мы создаем, объемом около 2 трлн рублей – прямое следствие такой проблемы. Когда банковское кредитование становится ломбардным, банкам, по сути, все равно, кого кредитовать. Банки не анализируют хозяйственную деятельность заемщика – лишь бы был залог. В итоге доступ к кредиту получают не самые конкурентоспособные проекты. И поэтому залоговая реформа, которую мы сейчас обсуждаем, имеет целью снижение доли ломбардного кредитования и естественным образом будет стимулировать кредитование качественных проектов. А это наш очевидный приоритет.

Когда банки используются для финансирования бизнеса своих собственников, а не эффективных проектов в экономике, это угрожает и экономике, и стабильности финансового рынка

Третье – борьба с кредитованием бизнеса собственников банков. Эту борьбу мы ведем уже длительное время и будем продолжать. Время карманных банков, которые не способны внести никакого вклада в экономический рост, проходит.

Четвертое. Рискованная ситуация, когда кредиты выдаются не операционным предприятиям, а холдингам, или когда кредитная нагрузка по смене собственности вешается на само предприятие, которое должно потом свою же продажу «отработать». Такие займы не помогают, а, наоборот, ухудшают положение предприятий, увеличивают долговую нагрузку, а сам заем не идет на развитие бизнеса. Практически все активы, которые сейчас есть в Фонде непрофильных активов, избыточно закредитованы: они не раз меняли собственника и каждая смена собственности сопровождалась увеличением долговой нагрузки. Этот порочный для экономики круг надо разорвать.

Пятое. С развитием финансового рынка усиливается взаимосвязь финансовых организаций разных его сегментов – как регулируемых, так и нерегулируемых: банков, страховых компаний, пенсионных фондов, профучастников рынка ценных бумаг, лизинговых компаний. Они образуют группы, иногда с формализованными отношениями собственности, но зачастую просто за счет устойчивых неформальных бизнес-связей. Недобросовестные игроки используют регуляторный арбитраж как между секторами, так и между финансовыми организациями одного сегмента. Перекрестные вложения, скрытая финансовая поддержка организаций одного сектора другим, перенос рисков, сделки в целях сокрытия от регулятора реальных источников финансирования либо реальных объектов инвестиций, использование доверия к банку для массовых продаж рискованных небанковских продуктов – такую практику мы также намерены искоренять. Путей несколько. Это и гармонизация банковского и небанковского регулирования в целях устранения регуляторного арбитража, и ускоренная интеграция надзора за банковским и небанковским секторами, развитие содержательных подходов и практики мотивированного суждения регулятора. Мы намерены пересмотреть концепцию надзора за банковскими и финансовыми холдингами. Например, если бы надзор и временная администрация имели полномочия в отношении всего холдинга «Открытие», а не только банка, то было бы гораздо проще найти и вернуть выведенные через холдинг средства.

ПоказателиШестое. Справедливая стоимость, биржевое формирование цены, предотвращение манипуляций рынком. Отдельный блок вопросов, которые приобретают все большую и большую актуальность, связан с корректностью формирования биржевых цен на торгуемые ценные бумаги. Мы видим примеры и манипуляции ценой, и возгонки стоимости акций, и некорректный маркет-мейкинг, сделки по договоренности через биржу. И все это означает, что происходят злоупотребления рыночными механизмами. Здесь надо предпринимать отдельные меры, потому что формально сделки выглядят рыночными, цена выглядит рыночной, но таковой на практике не является.

Еще одной проблемой является высокая концентрация кредитного риска на одного заемщика или группу связанных лиц. У нас действует соответствующий норматив (Н6), которому банки тоже иногда искусно сопротивляются. Многие банки до сих пор искренне считают, что лучше быть основным либо единственным кредитором того или иного предприятия. А на самом деле высокая концентрация риска на одного заемщика в совокупности с его высокой долговой нагрузкой угрожает устойчивости самих банков. И в такой ситуации уже банк становится заложником клиента. Он вынужден соглашаться на многочисленные реструктуризации, отказываться от возможности взыскания залогов или использования поручительств. Поэтому в текущем году мы будем обсуждать с банками пересмотр подходов к риску концентрации с точки зрения определения связанных сторон и расчета норматива Н6. Развитие синдицированного кредитования – а законодательная база для этого уже создана, – продолжение консолидации банковского сектора являются, на наш взгляд, правильными способами снижения этого серьезного риска и повышения устойчивости банков.

Мы прекрасно понимаем, что усиление регулирования – это, конечно, издержки для банков. Но для снижения рисков устойчивости финансовой системы, для избавления от накопленных проблем мы вынуждены это делать. И мы, конечно, хотели бы перестать заниматься «мелочным», «точечным» регулированием, постоянно закрывая то одну, то другую лазейку в нормативной базе для недобросовестных банкиров. Потому что издержки от того, что мы закрываем лазейки таким образом, несут добросовестные участники рынка. Но это, на наш взгляд, не будет возможным, пока ответственность за нарушения на финансовом рынке остается низкой, пока недобросовестные банкиры знают, что в случае чего можно скрыться за границей. Так, за четыре года действия уголовной статьи за фальсификацию отчетности привлечено к ответственности всего четыре человека. Возбуждено 30 уголовных дел. Поэтому мы инициировали поправки, которые позволят сделать эту статью более действенной, – мы намерены реализовать инициативу по блокировке выезда за рубеж собственников и топ-менеджмента санируемых банков.

Необходимо закрепить право профессионального суждения для Банка России для принятия надзорных решений. Мы этот вопрос поднимаем не первый год и понимаем, что без права профессионального суждения мы все время будем находиться в догоняющем режиме: мы должны формально доказывать любое нарушение, естественно, и все время будем в догоняющем режиме. Недобросовестные игроки придумывают новую уловку, мы «затыкаем» эту лазейку, увеличиваем издержки регулирования для добросовестных участников, все это повторяется снова и снова. Надзор, конечно, будет быстрее и ущерб для клиентов и общества в целом будет меньше, если у нас будет право мотивированного суждения.

Повышение ответственности собственников и менеджеров, право профессионального суждения, на наш взгляд, приведут к снижению издержек, связанных с регулированием и надзором, к созданию условий для реального, консультативного надзора и формирования партнерских отношений между регулятором и добросовестными банками.

Присутствие до недавнего времени среди системно значимых банков организаций с хроническим недостатком капитала (практически с утратой капитала) и ликвидности значительно ослабляло банковскую систему. Но большую часть работы по оздоровлению крупнейших игроков нашей банковской системы уже тоже можно считать завершенной. Банк России нацелен на максимальный возврат средств, которые были выделены на финансовое оздоровление, – как за счет продажи банка и работы с проблемными и непрофильными активами, так и за счет принуждения бывших собственников к покрытию убытков и возврату выведенных активов.

Также считаем целесообразным расширить возможности системы страхования вкладов, чтобы поддержать доверие и граждан, и бизнеса к банкам. Мы считаем необходимым ускорить принятие законопроекта по распространению страхования на малый бизнес, он сейчас находится в Государственной думе.

Небанковский сектор

В этом году завершается первый этап реализации единой стратегии развития финансового рынка, но уже можно подвести некоторые итоги.

В прошедший период мы сфокусировали работу на очищении рынка. В рамках программы «Чистый реестр» выводились с рынка не ведущие реальной деятельности, неустойчивые или занимающиеся незаконными операциями игроки. В системе негосударственных пенсионных фондов было введено гарантирование пенсионных накоплений. В страховании на основе риск-ориентированного подхода заметно были усилены регулирование и надзор. В сфере микрофинансирования было введено пропорциональное регулирование, выделены микрокредитные и микрофинансовые компании. Продолжается работа по развитию облигационного рынка.

В основные направления развития финансового рынка на следующие три года мы закладываем следующие ориентиры. Прежде всего, это развитие конкуренции и финансовая доступность. На базе современных технологий, тех инфраструктурных решений, которые мы с рынком создаем (это прежде всего удаленная идентификация для потребителей финансовых услуг), доступность финансовых услуг будет возрастать. И будет усиливаться конкуренция на рынке, поскольку снижается роль традиционных сдерживающих факторов – например, таких, как сети офисов и филиалов.

Второе – укрепление атмосферы доверия на финансовом рынке и защиты прав потребителей. Мы будем искоренять недобросовестные продажи, расширять использование института деловой репутации, повышать персональную ответственность менеджмента. Ближайшая задача – создание альтернативного механизма разрешения споров между потребителями и финансовыми организациями. В целом для укрепления доверия важны стандарты деятельности, общие правила ведения бизнеса, которых придерживаются все участники рынка. И здесь очень велика роль саморегулируемых организаций. Уже идет разработка стандартов деятельности в большинстве сегментов финансовых рынков, именно саморегулируемые организации, которые участвуют, активно продвигают эти стандарты и должны будут отвечать за их соблюдение входящими в них компаниями.

Записала Татьяна Макурова

Похожие сообщения

Комментарии закрыты.

Наверх