Дмитрий Матвеев

Твердые и полутвердые планы

Дата 23 мая, 18 • Нет комментариев

Дмитрий Матвеев: наша миссия – создание культуры производства и потребления сыров в России. Базирующаяся в Псковской...
Pin It

Главная » Актуальные материалы, Журнал «Управление Бизнесом» №41 » Твердые и полутвердые планы

Дмитрий Матвеев: наша миссия – создание культуры производства и потребления сыров в России.

Базирующаяся в Псковской области группа компаний «Кабош» является лидером по производству молока в Северо-Западном регионе, а к 2020 году рассчитывает выйти на первое место в России по твердым и полутвердым сырам. В интервью «Управлению бизнесом» гендиректор «Кабоша» Дмитрий Матвеев рассказал, почему занимаясь сельхозпроизводством, не стоит рассчитывать на деревенских жителей, зачем на каждой ферме холдинга есть интернет и как в полтора раза повысить надой с любой коровы.

– Вы занялись молочным бизнесом в 2000 году, еще до контрсанкций и моды на АПК. Почему?

– Уже тогда качество российских молочных продуктов разительно отличалось от европейских. Я видел, как постепенно разваливается сельское хозяйство в России, и понимал, что молочные продукты – это то, без чего не может обойтись ни один человек с рождения. А значит, в этом есть перспектива, и рано или поздно ситуация будет меняться: есть мы меньше точно не будем и качественные продукты будут востребованы.

– С самого начала вы заявляли об амбициозных целях: построить крупнейший на Северо-Западе агрохолдинг, выйти в тройку лидеров по производству молока. На чем основывались такие планы?

– Мы сегодня и есть самый крупный производитель молока в Северо-Западном регионе – статистика это подтверждает. Цифры за 2017 год будут только в мае, но по итогам 2016-го наша компания занимает третье место в России по производству молока.

Самое главное, что нужно для производства сыра, – хорошее молоко. У нас оно не просто высшего качества, а супер-экстра Почему ставили такие задачи? Потому что изначально были ориентированы на выход на федеральный уровень. И сегодня работаем со всеми регионами России, вплоть до Дальнего Востока.

– Чтобы построить федеральную компанию, вы привлекали консультантов или рассчитывали исключительно на собственные силы?

– Есть два вида собственников: те, кто сам занимается оперативной работой, стратегией, развитием, и собственники-инвесторы, которые просто вкладывают деньги и ждут прибыли или момента для выгодной продажи компании.
Я отношусь к первому варианту. Все цели и задачи пропустил через себя. Ну и, конечно, общался со многими экспертами из отрасли – как российскими, так и иностранными.

– Заказывали какие-то исследования, привлекали консалтинговые компании?

– Нет. Для чего мне заказывать какие-то исследования, если я прихожу в магазин, пробую продукцию и понимаю, из чего она сделана? Нужно уметь не только анализировать и замечать те вещи, которые лежат на поверхности, но и копаться в причинах.

Конечно, если вы сидите в Великих Луках (второй по величине город Псковской области, где находится центральный офис группы компаний «Кабош». – Прим. ред.), то не понимаете, что творится в других регионах. Но я-то ездил и езжу, и не только в Москву и Санкт-Петербург, но и в провинцию. И вижу, что там на полках.

– Строя компанию с федеральными амбициями в регионе, вы наверняка столкнулись с кадровой проблемой?

– Да. Она всегда есть. Для того чтобы достигать целей, которые холдинг перед собой ставит, нам нужны люди с другим мышлением и другим опытом. Это не значит, что эти люди хорошие, а наши, местные, – плохие. Просто в крупных компаниях есть специалисты, которые работали за границей, те, кто нетрадиционно смотрит на вещи. Поэтому я привожу топ-менеджеров из других регионов, из столицы. Конечно, кто-то приживается, а кто-то нет. Ведь когда человек переезжает из Москвы в Великие Луки, у него начинается совершенно другой образ жизни.

– И за счет чего удается удерживать специалистов высокого уровня?

– Первое – масштабность задач. Второе – деньги. Третье – самолюбие. Нужно задеть в человеке такие струны, чтобы он сказал: «А не слабо ли мне!»

Предприятие

Современное предприятие по переработке молока и производству сыра, построенное холдингом «Кабош» в Псковской области

– А что касается рядовых сотрудников – с ними у вас нет проблем?

– Мы ищем молодых специалистов, которым интересно развитие. Собираем людей со всей России и сами учим всему необходимому. На фермах у нас половина работающих – горожане. Я вообще хочу сказать: если вы собираетесь заниматься сельским хозяйством, ни в коем случае нельзя делать ставку только на местное крестьянское население.
Современная ферма должна работать 24 часа в сутки. Большинство деревенских сегодня не готовы так работать. Многие из них не понимают, что это такое – первая, вторая, третья смена. Потому что менталитет на селе совершенно другой. Есть, конечно, люди, которые перестраиваются. Но в основной своей массе они привыкли прийти рано утром, поработать час-два и пойти домой, а потом так же вечером – поработать час-два и снова домой.

– Первоначально вы производили широкую линейку молочных продуктов, но затем решили сосредоточиться на сырах. Почему?

– Мы решили отказаться от производства жидких молочных продуктов, потому что производили только натуральные продукты, и в Псковской области, она ведь небольшая, – не могли обеспечить достаточно серьезные объемы реализации. Пытались выйти на Москву и Санкт-Петербург, но я понял, что это не очень перспективно, потому что с такими же видами продукции туда идут сотни предприятий.

– Вы объединили несколько компаний в холдинг «Кабош». Откуда такое название? Как и какими силами идет ребрендинг?

– Название мы сами изобрели. «Кабош» – неологизм, это слово ничего не означает, но близко по звучанию к «кабошон» – есть такой термин в ювелирном искусстве, обозначающий способ огранки драгоценного камня. Мы считаем, что это по сути относится и к нам, потому что мы производим только натуральные сыры натурального созревания, «ювелирная работа»…

Ребрендинг идет полным ходом – уже перевели всю свою продукцию под марку «Кабош». Я считаю, что мы хорошие маркетологи, работает сильная команда. Но, конечно, на какие-то специальные работы нанимаем «специальных» людей. К примеру, у меня родилась идея создать собрание классических сыров по странам, и чтобы в продукте были запечатлены какие-то вещи, присущие именно этим странам. Вот тут мы нанимали голландское дизайнерское агентство.

КабошХотя получилось и дороже, мы пошли на это, потому что нам нужны были люди с не российским мышлением. В результате все сегодня отмечают дизайн, разработанный для нас голландцами.

Причем, это не какая-то известная компания, там всего 12 сотрудников. Просто мне понравились их работы. Я вообще противник сотрудничества с какими-то грандами, потому что они все уже подзаелись, и как клиенты мы для них просто «одни из». А нам нужно, чтобы люди видели в нас перспективу и возможность для собственного развития.

– Вы как-то сетовали, что федеральным сетям упаковка важнее, чем качество. Это по-прежнему актуально?

– Для многих сетей вопрос качества, к сожалению, стоит на последнем месте. На первом – цена. Что касается сыров, то все сейчас сконцентрированы на создании брендов, красивой упаковки.

– Рецептуру сыров вы разрабатываете сами?

– Да, конечно. Процесс создания сыра – серьезного, хорошего, каковыми являются наши сыры, – это сродни процессу рождения ребенка. Вы должны его «зачать», вырастить, следя за тем, как меняется его цвет, консистенция, структура. При этом с точностью не известно, сколько он будет созревать, чтобы достичь того вкуса, к которому вы стремитесь. Это очень сложный процесс: комбинация заквасок, температуры.

Почему все производят кефир и молоко? Потому что это самый простой продукт. А сыры натурального созревания – это «драгоценные камни».

Но самое главное, что нужно для производства сыра, – хорошее молоко. У нас оно не просто высшего качества, а супер-экстра! Почему Valio свой Oltermanni – бренд номер один на российском рынке – делает только у нас? Потому что больше нигде не может найти такого молока!

– Это благодаря своевременно сделанной инвестиции в голштинских коров, которых ваша компания еще в конце нулевых завезла из Австралии?

– Все почему-то считают, что покупка импортных коров – залог успеха. Но если вы коров не кормите или кормите несбалансированно, у вас не будет хорошего молока, какое бы генетически качественное стадо вы ни завезли.
С нами сегодня работают шесть европейских и американских консультантов. Знаете, сколько стоит работа такого специалиста в день? От 1400 до 1800 долларов. А мы пользуемся их услугами с 2010 года.
На всех наших фермах есть интернет, и консультанты в режиме реального времени видят, что происходит с каждой из коров. У нас есть семь программных продуктов: по управлению стадом, кормлению, ветеринарии, воспроизводству и так далее.

– Это ваши собственные разработки или готовые решения?

– Есть собственные, а есть те, что мы покупали и дорабатывали под себя. У нас в штате восемь программистов.

– Если вы говорите, что залог успеха – не импортные коровы, возникает вопрос: а можно ли было с российскими коровами добиться такого же результата?

– Если вернуться назад, то коров я снова повез бы только из Австралии. В среднем по нашему региону корова дает 3600–3800 литров молока в год. У нас – 11 400 литров. Но я могу твердо сказать: дайте мне любых животных в Псковской области, и через полгода они будут давать не меньше 6500 литров молока на корову. Потому что мы будем нормально заниматься воспроизводством и кормить животных сбалансированными кормами.

Государстводолжно признать: российское молочное животноводство в депрессии. Нужны специальные программы по стимулированию развития отрасли

– В январе 2018 года профильные СМИ сообщили, что вы планируете инвестировать в расширение производства сыра и молока 39 млрд рублей. Откуда намерены привлечь столь масштабные ресурсы?

– Таких цифр я никому не давал… Но на сегодня есть много банков, желающих инвестировать в наши проекты.

– Можете назвать точную цифру планируемых вложений?

– Не готов это сейчас обсуждать. Когда мы будем подписывать конкретные планы с конкретным регионом, смогу назвать цифры. Могу только сказать: у нас есть масштабные планы по развитию как молочного животноводства, так и производства сыра. Наша миссия – создание культуры производства и потребления сыров в России.

– Не так давно вы говорили, что задача «Кабоша» – к 2022 году занять 10% рынка твердых и полутвердых сыров…

– Да, есть у нас такая глобальная задача.

– В результате вы войдете в пятерку или в тройку лидеров рынка?

– Мы будем самыми крупными.

– По данным СМИ, вы намерены открывать новые производства в Тверской и Московской областях – почему? Там условия для инвесторов лучше, или в Псковской области недостаточно ресурсов – земли, кадров?

– Сегодня мы рассматриваем возможность инвестиций в Псковской области, хотя еще до февраля таких планов не было. Врио губернатора Михаил Ведерников заявил, что молочное животноводство – один из приоритетов региона. Он мне прямо сказал: «Мы все будем делать для того, чтобы вы дальше развивались у нас».

Мы рассматриваем также вопрос о строительстве в Московской и Тверской областях нового перерабатывающего завода. Это связано с политической ситуацией в Великих Луках. К сожалению, местная власть и бизнес здесь сегодня имеют не просто сращенные, а общие корни. Это заставило нас смотреть на другие регионы. Что касается новых ферм, будем рассматривать Псковскую область.

– Как на вашем холдинге сказались контрсанкции, и что будет после их отмены?

– Я всегда выступал против этих санкций и не разделяю мнения многих по поводу «перевернувшейся на нашей улице машины с пряниками». Говорю конкретно про сыроделие. Санкции вводились не для защиты переработчиков и производителей. И они как были введены внезапно, так и отменены будут внезапно. После этого на рынке появится очень много разорившихся предприятий, потому что в Россию хлынет поток продуктов питания более высокого качества и по более низким ценам.

Я считаю, что государство должно признать: российское молочное животноводство находится в депрессии, у нас нет и еще долго не будет импортозамещения по молоку и говядине. И нужны специальные программы по стимулированию развития отрасли.

– В 2017 году вы предлагали создать рабочую группу по развитию молочной и сыродельной промышленности при Минсельхозе. Чем конкретно она должна заниматься, по вашему мнению?

– Я написал министру сельского хозяйства письмо, в котором было несколько пунктов. Во-первых, по поводу разработки критериев и норм производства сыров из непастеризованного молока. Никто об этом не задумывается, но все сыры, которые так любят россияне (пармиджано реджано, грана падано, грюйер, комте) делаются из такого молока. Но получается парадокс: продавать эти сыры можно, а производить – нельзя.

Во-вторых — нужно разработать регламент по приемке молока для производства жидких молочных продуктов и сыров. Потому что для сыра необходимо молоко более высокого качества. Когда я говорю «качество молока», все думают, что это про жирность. Но это не так. Речь идет о микробиологических показателях.

В третьих – мы предлагаем создать независимые лаборатории, в которые каждого фермера обязали бы раз в 10 дней сдавать молоко на анализ. Это и было бы критерием оценки молока. Потому что у нас производители молока кричат, что им занижают сортность и недоплачивают, а переработчики – что молоко низкого качества и дорогое. Это решило бы спор раз и навсегда и позволило бы увидеть ситуацию с молоком в Российской Федерации в целом. А оплачивать анализы могли бы пополам фермеры и переработчики, и это не были бы такие уж большие деньги.

– И какова реакция на эти предложения?

– Письмо спустили по инстанции ниже. Ответ чиновников: «мы не готовы». А мы им пишем: «Кто не готов? Вы? А мы готовы. Мы готовы отвечать за себя».

Максим Андреев

Комментарии закрыты.

Наверх