Игры доброй воли

Игры доброй воли

Дата Мар 2, 18 • Нет комментариев

Российские компании идут по стопам международных корпораций и привлекают сотрудников к участию в волонтерских...
Pin It

Главная » Важное, Журнал «Управление Бизнесом» №41 » Игры доброй воли

Российские компании идут по стопам международных корпораций и привлекают сотрудников к участию в волонтерских проектах. Однако в нашей стране корпоративное волонтерство приобретает особые черты.

В начале 2018 года, объявленного в России Годом добровольца, Госдума приняла закон о волонтерстве. По мнению авторов, документ поможет урегулировать взаимодействие между добровольцами, благополучателями и органами власти. Между тем еще до принятия закона корпоративные волонтерские проекты российских компаний начали участвовать в развитии добровольческого движения.

Сейчас масштабы корпоративных социальных проектов в России постепенно растут. Эксперты отмечают, что предприятиям выгодно развивать волонтерство: так они укрепляют репутацию и экономят деньги. Иногда бизнесу необходима и помощь государства. Главное, чтобы новые инициативы властей не становились для компаний обузой и под видом стимулов не ставили на пути добровольцев очередные барьеры.

Социальная копилка

Несмотря на сложную экономическую ситуацию, расходы российских компаний на благотворительность и социальные проекты в последние годы увеличиваются. По данным исследования «Лидеры корпоративной благотворительности – 2017» (совместный проект Форума Доноров, газеты «Ведомости» и консалтинговой фирмы PwC), 46 крупнейших предприятий в 2016 году потратили на благотворительность 43,9 млрд рублей. Для сравнения: в 2015 году этот показатель составлял 19,9 млрд рублей, а в 2014-м – 15,5 млрд рублей.

Девочка

«Норильский никель» в 2107 году вошел в тройку лидеров корпоративной благотворительности с проектом «Комбинат добра»
Фото: ttelegraf.ru

Компании, заинтересованные в укреплении рыночных позиций, рассматривают социальные проекты как возможность создать себе положительный имидж, повысить лояльность со стороны партнеров и потребителей. Такой подход свойственен в основном титанам российской экономики, относящимся к добывающим отраслям промышленности. Так, по данным Форума Доноров, почти половину консолидированного бюджета предприятий на благотворительность в 2016 году составили инвестиции двух предприятий: АЛРОСА вложила в социальные проекты 11 млрд рублей, а ПАО «ГМК «Норильский никель» потратило на благотворительность 10,9 млрд рублей.

Расходы под контролем

В аналитическом отчете Национального совета по корпоративному волонтерству (НСКВ) отмечается, что российские компании начали развивать волонтерство около десяти лет назад. Главной причиной роста интереса к КВ называют экономический кризис 2008–2009 годов, который заставил игроков оптимизировать расходы.

По мнению генерального директора Благотворительного фонда «РЕНОВА», члена Совета Форума Доноров Ольги Башкировой, большой вклад в распространение практик волонтерства внесла работа по подготовке к зимней Олимпиаде в Сочи в 2014 году.

– Именно тогда, на мой взгляд, началась структурная работа по созданию во всех регионах центров волонтерства, были выявлены многие проблемы, связанные с регулированием прав и ответственности волонтеров, и предложены решения, многие из которых вошли в новый проект ФЗ «О добровольчестве (волонтерстве)», – поясняет Ольга Башкирова.

Помимо общеэкономических, у каждого работодателя свои причины внедрять волонтерские программы. Генеральный директор компании «Седо Хаусхолд Продактс» Давид Ольшевски (бренд Paclan) говорит, что в основном компании руководствуются требованиями и традициями головного офиса, которые могут включать в себя программы по корпоративной социальной ответственности (КСО). Кроме того, участие в волонтерских проектах помогает предприятию выйти на новый уровень на рынке или в своем сегменте.

Бывает, что добровольческая инициатива исходит лично от руководителей компаний или сотрудников.

По словам генерального директора сети магазинов «Семь+Я» Виталия Неменова, волонтерские проекты помогают сплотить коллектив и повысить эффективность работы сотрудников.

– Такие проекты для нас – своеобразный тимбилдинг, – поясняет он.

Объем инвестиций в волонтерские программы, как правило, зависит от региона присутствия и целей, которые ставит перед собой организатор. Большой плюс для предприятий в том, что добровольческие проекты не всегда требуют крупных вложений. Например, в список лучших волонтерских программ России, по данным исследования «Лидеры корпоративной благотворительности – 2017», входят кампании с разными бюджетами. Так, проект «Комбинат добра» обходится «Норильскому никелю» в 14,9 млн рублей, а волонтерский проект «Детский интегративный лагерь ЦЛП на Валдае» (KPMG) имеет бюджет в размере 500 000 рублей в год.

В тройку лидеров, по оценке Форума Доноров, входит также программа «Молодежное волонтерское движение в городе Котельниково Волгоградской области» (АЛ «Минерально-химическая компания «ЕвроХим»») с бюджетом 25 000 рублей.

Фото: govorun26.ru

Интересно, что большинство работодателей, занимающихся различными видами благотворительности, привлекают сотрудников и к участию в волонтерских программах. По оценке Ольги Башкировой, потенциальными волонтерами являются сотрудники компаний с совокупной численностью персонала 1,2 млн человек. Это крупные производственные холдинги черной и цветной металлургии, химии и нефтехимии, пищевой промышленности и розничной торговли.

Путь добра

В зарубежных компаниях корпоративное волонтерство имеет вполне определенные цели и задачи: оно увеличивает стоимость бренда, повышает привлекательность компании как работодателя и помогает решать социальные проблемы региона.

Как отмечают в НСКВ, в отечественных компаниях положительные эффекты КВ не подвергаются сомнению, но вместе с тем не проходят анализ в контексте российской действительности. Корпоративное волонтерство в России имеет стихийный характер. У него нет четких стандартов, а компании, внедряющие такие программы, ориентируются в основном на зарубежный опыт. Документы по обучению и организации волонтерства в России либо отсутствуют, либо недостаточно проработаны. При этом участники рынка говорят, что в России волонтерство приобретает особые черты. Например, в отечественных компаниях, в отличие от западных, добровольчеством считается не только личная помощь сотрудников своими навыками и знаниями, но и сбор денег и вещей. По данным НСКВ, чаще всего добровольцы помогают именно деньгами или одеждой и продуктами – об этом в одном из опросов сообщили соответственно 75 и 60% задействованных сотрудников. Другой популярный способ волонтерской помощи – организация праздников, присмотр за детьми и пожилыми людьми, уборка улиц.

Как, в свою очередь, отмечает директор по устойчивому развитию и корпоративным программам аффилированных компаний «Филип Моррис Интернэшнл» в России Ирина Жукова, волонтерское движение в России мощнее, чем в других странах, с точки зрения количества участников и масштабнее с точки зрения количества проведенных акций. С другой стороны, так называемое pro bono-волонтерство (от лат. pro bono publico, «ради общественного блага», – оказание профессиональной помощи благотворительным, общественным и другим некоммерческим организациям на безвозмездной основе. – Прим. ред.) более развито в корпоративном секторе Западной Европы.

Некоторые российские компании подходят к волонтерству креативно. Например, Объединенная металлургическая компания проводит конкурс социальных и благотворительных проектов «ОМК-Партнерство», по результатам которого сотрудники-победители могут получить грант до 50 000 рублей на реализацию своей инициативы.

– Эта практика способствует развитию горизонтального лидерства на предприятиях и в рамках города. Волонтеры реализуют локальные, значимые для них и местного соседского сообщества проекты, становятся узнаваемыми «героями» своего города, района, – поясняет ведущий консультант Фонда поддержки и развития филантропии «КАФ» Юлия Ходорова.

Волонтерство используется и в финансовом секторе. Например, Банк Хоум Кредит участвует в программах по повышению финансовой грамотности, в том числе для детей. Тренеры банка бесплатно проводят в школах детские деловые игры «Полезные деньги».

Таким образом, компании формируют среду и воспитывают будущих потребителей. Однако масштабы этого явления в России пока далеки от западных. Волонтерские программы для крупных международных корпораций – долгосрочная инвестиция в подготовку кадров. Например, фонд «Социальная ответственность» (Corporate Citizenship Trust) компании «Джонсон & Джонсон» принимает заявки от международных НКО на помощь высококвалифицированных волонтеров – аналитиков, финансистов и других экспертов – в работе над проектами в странах Африки и Восточной Европы. Работа волонтеров в таких программах может длиться от полугода до нескольких лет.

– Подобное волонтерство – серьезное вложение в развитие сотрудников, его цель – создание кадрового резерва, – рассказывает руководитель направления по корпоративной социальной ответственности Объединенной металлургической компании Ольга Миронова. – Например, желающие участвовать в работе фонда компании «Джонсон & Джонсон» проходят серьезный отбор, на конкурс допускаются только те, кто работает в этой компании не менее двух лет и имеет хорошие результаты. Проект стоит дорого (оплачивается командировка сотрудника на полгода, сохраняется его зарплата), но в компании уверены, что эти траты оправданны. Как говорят в «Джонсон & Джонсон», у 100% волонтеров, вернувшихся из стажировки, расширяется зона их полномочий.

На основании опросов в НСКВ приводят портрет типичного российского волонтера: как правило, это женщина до 50 лет, занимающая должность специалиста или руководителя подразделения. При этом самые активные волонтеры не обременены семейными заботами. В российских реалиях наличие детей воспринимается как препятствие для работы добровольцем. В Европе и США, напротив, принято «волонтерить» всей семьей. Это связано с тем, что сотрудники российских компаний обычно занимаются добрыми делами в свободное от работы время. В зарубежных компаниях, наоборот, поощряется добровольная помощь в течение рабочего дня.

– У меня был волонтерский опыт во время стажировки в организации AIDS action в Вашингтоне, – рассказывает Ольга Миронова. – Раз в месяц в пятницу с 9:00 до 13:00 часть сотрудников компании шла волонтерить в организацию Food & Friends – паковать бесплатные обеды для людей с ВИЧ, сахарным диабетом, лежачих больных. Это шло в счет рабочего времени. Потом все так же организованно отправлялись дорабатывать рабочий день в офис.

Работа для каждого

Помочь компаниям более активно развивать социальные программы может государство. Причем в некоторых секторах КСО инициативы властей – единственный рычаг влияния на корпоративный сектор. Это касается, например, поддержки трудоустройства инвалидов. По данным Минтруда, в России работают только 25% инвалидов трудоспособного возраста. Как сообщает Комитет по труду и занятости Петербурга, в 2017 году в городе проживало 95 300 трудоспособных граждан с ограниченными возможностями. При этом, по данным отделения Пенсионного фонда РФ по Санкт- Петербургу и Ленинградской области, численность работающих инвалидов в городе составляет 31 800 человек.

На федеральном и региональном уровнях действуют программы поддержки трудоустройства граждан с инвалидностью. Например, город квотирует рабочие места в 2588 компаниях. В 2017 году за счет квот было трудоустроено 1090 человек. Кроме того, как отмечает директор Центра «Работа-i» Илья Сметанин, в Петербурге работает успешная и эффективная программа стажировок, в рамках которой государство оплачивает стажерам с инвалидностью зарплату в размере МРОТ.

В Петербурге трудоустройством людей с ограниченными возможностями занимаются такие известные компании, как Melon Fashion Group, IKEA, TPV CIS, «Юлмарт» и другие. Однако многие работодатели пока не воспринимают трудоустройство людей с инвалидностью как возможность системных практик в рамках корпоративной социальной ответственности. Компании еще не готовы массово проявлять такие инициативы даже несмотря на то, что есть возможности для постепенного входа на это поле деятельности (через стажировки, аутсорсинг, тренинги по созданию инклюзии в рабочей среде, приобретение средств производства за счет государственных субсидий). По словам Ильи Сметанина, на современном рынке труда сохраняется дефицит вакансий для людей с инвалидностью. Некоторые предприятия относятся к открытию вакансий для таких людей декларативно: выдвигают заведомо невыполнимые требования или не предоставляют подходящих условий.

– Компания хочет получить эффективного сотрудника здесь и сейчас, не понимая, что, во-первых, нужно более тщательно подойти к открытию вакансий, а во-вторых, необходимо выработать эффективную систему наставничества, с тем чтобы получить долгосрочный положительный эффект, – считает Илья Сметанин.

Впрочем, в последнее время эксперт видит устойчивый интерес компаний к этой теме. По прогнозам Ильи Сметанина, со временем успешных кейсов по трудоустройству инвалидов будет больше. Свои слова он подтверждает примером из практики.

– Мы работаем с кондитерской компанией, которая видит свою миссию в том, чтобы менять качество жизни людей к лучшему. Участвуя в создании инклюзивного рынка труда, предприятие также видит в этом и изменение качества жизни. А начинала компания с малого: выводили ребят – выпускников детских домов и молодых людей с инвалидностью – поработать день-два на фудкортах во время спортивных мероприятий, которые компания обслуживала. А сейчас эта компания готова брать уже десятки молодых людей в штат на самые разные позиции. И такие примеры не единичны. Большой путь начинается с первых шагов, – отмечает Илья Сметанин.

Помощь идет?

Работу российским добровольцам облегчит принятый в начале 2018 года закон о волонтерстве. Добровольцев освободят от оплаты государственных и муниципальных услуг, они смогут получать от государства помещения и инвентарь, возмещение расходов на питание и оплату проезда.

Эксперты полагают, что документ прежде всего поможет привлечь к волонтерской деятельности больше молодежи и неравнодушных людей. Однако он вряд ли существенно повлияет на развитие корпоративных волонтерских программ. Корпоративный сектор надеется лишь на то, что дальнейшие действия властей не приведут к ужесточению правил работы добровольцев. Ведь такие случаи уже есть. Например, из-за ужесточения законодательства в 2015 году одна из крупных розничных сетей была вынуждена приостановить волонтерский проект по сбору батареек.

Лучшая помощь государства в вопросах корпоративного волонтерства – выстроить эффективный диалог с бизнесом и помочь донести важность подобных инициатив как для компаний, так и для всего общества, считают участники рынка.

– Бизнес в России уже прошел этап осознания важности инициатив корпоративной социальной ответственности, ведь это направление позволяет, с одной стороны, решать социальные проблемы, а с другой – укреплять репутацию компании и обеспечивать более эффективное взаимодействие с партнерами, – отмечают в пресс-службе Coca-Cola HBC Россия. – Следующий шаг – разработать системный и стратегический подход к выбору и реализации проектов в области корпоративного волонтерства, а в долгосрочной перспективе – объединить усилия бизнеса, НКО и госорганов.

Первые государственные инициативы на пути к диалогу с бизнесом – создание Национального совета по корпоративному волонтерству и проведение тематических форумов для российских и зарубежных компаний.

– За прошедшие несколько лет мы наблюдаем, что в России создано работающее профессиональное сообщество в сфере корпоративного волонтерства, – считает Давид Ольшански. Говорить о том, что волонтерские программы стали неотъемлемой частью работы подавляющего большинства российских предприятий, пока рано. Однако рост интереса работодателей к благотворительности и волонтерству показывает, что западные традиции взаимодействия бизнеса и общества постепенно приживаются в сложных условиях российского рынка. Со временем отечественный корпоративный сектор разработает собственные стандарты работы в области добровольчества, и, скорее всего, этому не сможет помешать ни один кризис.

Комментарий эксперта


Илья СметанинИлья Сметанин, директор Центра «Работа-i»

– Недавно прочитал статью о том, как в Китае развивается система кредитного рейтингования, в которой рейтинг зависит от очень многих факторов (о которых рейтингуемый имеет в основном слабое представление), и при этом одним из факторов являются действия человека в отношении благотворительности. И мне стало немного страшно. Мы оцифровали все, что можно: работу, развлечения, питание. Везде рейтинг и KPI, коды, цифры. И добрались до сокровенного: желания человека помочь ближнему своему. Или это желание не должно быть сокровенным? Возможно, оно должно быть видимым, удобным в реализации и удобным для управления. Я вижу мир, в котором корпоративные волонтеры повышают свой внутрифирменный рейтинг. Не даешь 5 pro bono часов в месяц – не попасть тебе на дополнительное обучение. Не посадил за прошлый год 10 деревьев – отменяется возможность работать из дома.

Если государство требует от бизнеса открывать квотируемые вакансии для людей с инвалидностью, почему оно не может потребовать от компании и волонтерских часов? По прямой аналогии: 2–4% часов в месяц от общего количества отработанных сотрудниками часов в зависимости от численности организации должны идти во благо общества. Люблю цифры, люблю метрики, мы все пытаемся в нашем Центре «Работа-i» замерить и оцифровать. И все- таки мир будущего пугает. Но прогресс не остановить.

Если мы не можем остановить процесс, то нужно возглавить колонну. Мы с коллегами, развивая программу корпоративного волонтерства, приняли решение создать такие инструменты для волонтеров, в рамках которых делать добрые дела будет максимально удобно, комфортно и просто. Как заказать пиццу, а потом пиццу съесть вместе с кем-то, не одному? Испытываешь желание завтра научить выпускника детского дома варить щи? Хочешь поработать с ребятами на музыкальном фестивале и помочь им справиться с новыми задачами? Помочь молодому человеку с инвалидностью, который никогда не выходил на работу, преодолеть страх первого интервью? Задачи уже ждут тебя в чат-боте; дата, время, место – все под рукой. А координатор по волонтерству, если что, поможет решить все вопросы. Коды уже написаны. Твоя задача ждет тебя.


Мария Коваценко 

Похожие сообщения

Комментарии закрыты.

Наверх