Виктор Латанский

Собирая время

Дата Дек 18, 17 • Нет комментариев

Виктор Латанский: мне не нужны 100 человек; есть сложившаяся команда, я не хочу расширять бизнес – лишние затраты, лишние деньги. С известным далеко за пределами...
Pin It

Главная » Важное, Журнал «Управление Бизнесом» № 39 » Собирая время

Виктор Латанский: мне не нужны 100 человек; есть сложившаяся команда, я не хочу расширять бизнес – лишние затраты, лишние деньги.

С известным далеко за пределами Санкт-Петербурга часовых дел мастером Виктором Латанским мы встретились в «Салоне Буре», располагающемся на Невском проспекте с 1815 года. По сути, его можно смело назвать эталоном ведения бизнеса для всех участников часового рынка России. В этом салоне Виктор Латанский, который в следующем году отметит 40-летие пребывания в профессии, открыл часовую мастерскую «Секунда». В интервью журналу «Управление бизнесом» петербургский часовщик рассказал о важности владения ремеслами, развеял мифы о швейцарских часах и оценил перспективы отечественной часовой промышленности.

– Что случилось почти 40 лет назад, когда вы поняли, что созданы для работы с часами?

– Понял я это значительно раньше – первый домашний будильник разобрал из любопытства лет в 5–6 и потом делал это постоянно. А в 14 лет, учась в 8-м классе одной из ленинградских школ, осознал, что мне нужно ремесло. Понимал, что не хочу учиться в институте, становиться, например, инженером. Мой выбор – делать что-то руками.

Помимо часов привлекала еще работа с ювелирными изделиями. Думал в то время: «Кто-то ремонтирует куранты, старинные часы, а почему это не могу делать я?» Поступил в профессионально- техническое училище, и так по жизни и сложилось – не только ремонтирую механические часы, но и сотрудничаю с музеями, коллекционерами, делал часы и первым лицам государства.

Увлечение ювелирными изделиями тоже не прошло, занимаюсь в неспешном режиме различными поделками. Да и в производстве часов использую драгоценные камни.

– Вы не только ремонтируете и обслуживаете часы, но и производите?

– Это штучная работа, для удовольствия. Этим, к слову, занимаются многие российские часовщики. Вот сейчас у меня на руке замечательные часы «Молния», произведенные в советское время на Челябинском часовом заводе.

ЧасыУ меня был механизм этих часов, я его восстановил. Ручная гравировка, никакой компьютерной обработки, 12 сапфиров, 46 бриллиантов. Корпус – обычная нержавеющая сталь. Обратите внимание на ремешок – тоже ручная работа, из ушей слона. Мы делаем ремешки из различных уникальных материалов – кожи лосося, аллигатора, африканской жабы аги и так далее. Иногда заказчики ищут фирменные ремешки к часам. Говорю им, что таких ремешков нет, но я могу сделать такой, который будет отличаться от оригинала лишь отсутствием названия бренда на обороте. И мы можем написать фамилию заказчика, поставить его вензель. Многие на такую статусную историю соглашаются.

Вот еще ручная работа… за основу взят швейцарский механизм, ручная гравировка.

Часы делаю под заказ, под брендом Latansky, в эксклюзивном варианте. По времени на каждые часы уходит месяца три-четыре, я не тороплюсь. Не ставлю этот процесс как бизнес. Это даже не хобби. Это, повторю, удовольствие.

– Статусная история – это и максимально «навороченные» часы?

– Механические часы, на мой взгляд, должны иметь максимум три стрелки – секундная, минутная и часовая. Все остальные навороты – это пафос. Часы – вещь, которую многие позволяют себе, чтобы поднять собственный престиж.

По сложившейся неформальной традиции часы, которые человек носит на руке, должны по стоимости быть соразмерны его месячному доходу. Зарабатываете вы 10 000 рублей в месяц – на вашей руке должны быть часы за 10 000 рублей. Зарабатываете 100 000 – выбираете соответственно.

У молодежи сейчас, конечно, иное отношение к механическим часам. Есть гаджеты, показывающие время, есть те же «умные» часы, которые я страшно не люблю – это не живая история. А вот взрослое поколение помнит часы, многие носят хронометры своих родителей, бабушек-дедушек. Можно, конечно, сказать, что это некий стимпанк, с другой стороны, просто ностальгия.

В целом же историю часов легко «прикрутить» к истории промышленности. Чтобы изготовить часы, нужно примерно 70 профессий. Дизайн, «начинка», поиск металла и многое другое. Как только происходило значимое событие в промышленности, тут же совершенствовались часы. Утилитарной функции в них прежде было мало, это была эстетика. Про точность хода никто не вспоминал, она попросту и не требовалась никому. Точность хода придумали железнодорожники и банкиры.

Сам я к точности часов отношусь совершенно спокойно. Зачастую ловлю себя на мысли, что свои часы даже не завожу. А время смотрю по мобильному телефону.

– Но ведь необходимость точности хода – один из маркетинговых стереотипов…

– Я с 1995 года занимаюсь ремонтом и обслуживанием швейцарских часов, и все эти годы развенчиваю мифы о них. Абсолютная точность швейцарских часов – один из таких мифов. Существует много внешних факторов, которые влияют на точность хода часов: когда они были обслужены, в каком температурном режиме работают, в каком положении используются. Разное расположение на руке дает разную погрешность. До какой степени заведена пружина – тоже очень важный фактор.

Виктор ЛатанскийЛично для меня плюс-минус минута в сутки – нормально. Мы делаем часы, чтобы они немного спешили. Во-первых, с течением времени, когда у часов начинает густеть смазка, они начинают замедлять свой ход. Во-вторых, пусть лучше спешат, чем опаздывают. Кстати, многие клиенты просят поставить часы минут на пять вперед, объясняя это нежеланием куда-либо опаздывать. Удобно с практической точки зрения.

– Какие еще стереотипы существуют у покупателей часов?

– Всегда сравниваю процесс обслуживания часов с аналогичным процессом в автомобильной промышленности. Вы покупаете автомобиль – и постоянно проводите техническое обслуживание, заливаете масло, другие жидкости. Часы по своей технической сложности превосходят многие автомобили. К примеру, в них используется в среднем 7–8 видов различных масел – более густые смазки, более жидкие. Смазки покрывают рубиновые камни, которые выполняют роль подшипников. За три-четыре года любое масло высохнет, в механизме накопится грязь. Все это превращается в абразив, детали начинают стираться. И мы проводим профилактические процедуры, каждым достойным часам требуется обслуживание. Часто слышим: «Мне не нужно ремонтировать, просто почистить». Но чтобы «просто почистить» часы, их необходимо полностью разобрать – а это минимум 150 деталей, – снова собрать, настроить, провести тесты.

Еще один миф – пожизненная гарантия на приобретенные часы. Очень давно ищу «исходник», откуда пошла эта маркетинговая фраза. Ни на одни наручные часы пожизненной гарантии не существует. Гарантийный срок составляет в среднем 2–4 года. Иногда приходят в мастерскую и просят отремонтировать часы бесплатно, раз они на гарантии. Но почему я должен это делать? Благотворительностью я не занимаюсь, мне все равно, кто будет платить – клиент или производитель. Любой труд должен быть оплачен.

Как вы пришли к работе со швейцарскими часами?

– В 1995 году работал мастером-часовщиком в Гостином дворе в Петербурге. Занимался предпродажным сервисом: осматривал все поступающие часы, проводил выбраковку. Как-то пришла партия швейцарских часов, поработал с ними. А затем в моей мастерской появились представители швейцарской компании Longines, которые предложили поработать с часами этого бренда. Пригласили на стажировку в Швейцарию, привезли оборудование – и пошло- поехало. Не я к ним пришел – меня греет это понимание! – а они сами предложили. По сути, я один из первых часовщиков, с кем швейцарцы стали работать. Это потом уже они начали создавать сервисные центры в разных городах.

С Longines работаю по-прежнему, но, конечно, с тех пор в нашем портфеле ремонта и обслуживания появились и другие бренды. На данный момент в Швейцарии официально зарегистрировано более 3000 часовых компаний. Из них условно живы от 1000 до 1500, а получивших известность – сотни три. На российском рынке представлено порядка 100 брендов из Швейцарии.

Конечно, помимо швейцарских есть и другие часы – японские, китайские и так далее. Но основная представленность на российском рынке – все же за Швейцарией.

Швейцарские часы лишь одна из моих специализаций. Я могу отремонтировать любые часы – и за 2 доллара, и за 1000. Наручные, напольные, куранты, антикварные. Наверное, не возьмусь только за атомные часы. Да, за «умные» часы тоже не возьмусь, но другие мастера в нашей компании такие часы обслуживают.

– Сейчас популярна тема подделок. Отличите подделку от оригинала?

– Я отличу, но 95% других людей разницу не поймут, мало кто разбирается в этом. Даже часовые мастера, которые давно занимаются ремонтом, зачастую ошибаются: стоит похожий на оригинал механизм, циферблат.

Уровень подделок очень высок. У меня уже было несколько технических экспертиз, во время которых я видел просто фантастические копии.

– Что из себя ныне представляет некогда знаменитая советская часовая промышленность?

– Ее просто нет. Прежде Советский Союз входил в тройку мировых лидеров, следом за Японией и Швейцарией. Мы в Швейцарию поставляли по несколько миллионов часовых механизмов в год, это потом они уже стали собирать их сами. А теперь – печальное зрелище. Работает Петродворцовый часовой завод, выпускает часы под брендом «Ракета». Бренд замечательный, все его помнят и любят. В татарстанском городе Чистополе есть завод «Восток», который делает «Командирские» часы. Есть интересная часовая история от моего друга Валентина Володько. У него заводы по производству часов в России и Швейцарии, несколько брендов, основной из которых – Aviator…

А так – появляются, как я уже говорил, частные мастера, дизайнеры, техники. Талантливые молодые ребята, выпускающие ограниченные серии часов. Но как таковой промышленности уже нет, будет ли – не знаю. Это режет сердце, но я скептически отношусь к перспективам, поскольку понимаю, что государство не будет вкладываться в часовую промышленность.

Но нам, часовщикам, работы хватает. Да, рынок сжался, часов стали покупать меньше. Хотя они по-прежнему остаются универсальным подарком. К тому же в прежние годы престижно было иметь несколько часов сразу, и теперь многие владельцы подобных коллекций стали продавать эти часы, а ведь им нужно провести предпродажную подготовку. Кстати, популярное ныне словосочетание second hand – официальный часовой термин: second – секунда, hand – стрелка. Секундная стрелка.

– Главные приборы для обслуживания секундных и других стрелок – лупа и пинцет?

– Оборудование для качественного обслуживания фирменных часов очень дорогое. К примеру, у Longines есть определенные требования. Для проверки точности хода нужен один конкретный прибор, для проверки герметичности – другой. Для того чтобы открыть часы, нужно условно 150 подставок. И такие требования у каждого бренда, это прописано в контрактах с нашей мастерской.

Мы поддерживаем международную гарантию. Неважно, где вы купили часы определенных марок, – мы осуществляем ремонт, если это гарантийный случай. Все это оборудование стоит больших денег. Плюс покупаю в Европе – и только там – расходные материалы, смазку, другие комплектующие. Придерживаемся всех требований, технологических карт – это жестко отслеживается производителями. Специалисты проходят стажировку. Вышла новая модель – сразу обучают специалистов. Да и изначально специалиста нужно учить лет десять.

– Стало меньше людей, увлекающихся ремеслом?

– Руками сейчас никто ничего делать не хочет. Сложно найти молодых ребят, которые хотели бы обучаться ремеслам.

У меня есть специалисты, которые работают со мной по 15–20 лет. Есть и новые ребята, беру с нуля. Переучивать специалиста, получившего первичные навыки в другой мастерской, невозможно, я уже через это проходил. Стоят шоры – и никуда: ни вправо, ни влево. Проще взять «чистый лист» и делать мастера.

Желающих работать в моей команде много, благо созданы хорошие условия. Один из приятелей 12 лет назад отдал в обучение своего сына – и вот теперь он делает любые, самые сложные часы, хорошо зарабатывает, никуда не хочет уходить. Когда приходят желающие – смотрю. Прежде всего новичок должен доказать, что он мне нужен.

Я мастер. Мне не нужны 100 человек: есть сложившаяся команда, я не хочу расширять бизнес – это лишние затраты, лишние деньги. Один из многих, кто не хочет глобализации.

Главное качество часовщика – желание. Если его нет, ты никогда не будешь этим заниматься. Необходимы усидчивость, терпение, концентрация внимания, отрешение от всего. Когда делаешь часы за 100 000 евро – у тебя нет возможности думать про домашние проблемы. Начнешь думать – и часы испорчены. Человек должен отключаться. Совершенно спокойно и умиротворенно разобрать 150 деталей и потом собрать обратно.

Не каждый может стать часовщиком. Чтобы стать мастером, в моем понимании этого слова, нужно лет 20 упорного труда. И даже я каждый день что-то новое узнаю.

– Что нового узнали за последнее время?

– Не так давно узнал про существование (а теперь ищу их в свою коллекцию) часов, которые отсчитывали время в соревнованиях почтовых голубей, проводившихся во Франции. Они и сейчас проводятся, но уже с применением современных технологий – чипы, GPS, «умные» часы.

А прежде были механические часы: закладывались метки, голуби совершали перелет, и по часам все фиксировалось.

Теперь посещаю аукционы, пытаюсь найти подобные часы за адекватные деньги.

В моей коллекции порядка 200 экземпляров часов, специализируюсь как раз на советском времени.

Вся история развития часовой промышленности СССР связана с оборонкой. Делали, к примеру, часы для подводников, параллельно – водонепроницаемые часы. Делали «Командирские» часы – в военном и гражданском вариантах. Или часы с будильником – и часы со взрывателем.

Недавно приобрел часы, которые работали в маяке. Маяк ведь работает с определенной периодичностью, и вот в качестве реле времени в нем выступают часы с переключателями.

Обсуждаем в своем коллекционерском кругу идею музея часов. Я собираю часы советского времени, один из друзей специализируется на дореволюционных, другой – на новейшей часовой истории. Материала хватит даже на два музея, можно сделать много тематических выставок. Нужно рассказывать про часы как можно больше, показывать их историю.

В свободное от работы – которая стала образом жизни – время занимаюсь спортивным метанием ножей, каждый день тренировка по часу. Потом холодное обливание на улице. Каждый день, несмотря ни на что.

Так что – бодрости духа нам всем. Живите сейчас и сегодня. Завтра обязательно придет.

Георгий Дмитриев

Похожие сообщения

Комментарии закрыты.

Наверх
X